Джеймс Кэмерон о влиянии российских ученых на судьбу «Титаника» (1997) и о том, как были сняты кадры с затонувшим кораблем: Мой друг Эл Гиддингс, оператор-постановщик фильма «Бездна», сотрудничал с русскими, которые занимались вспомогательными погружениями для IMAX-фильма «Титаник». Я сказал: «Эл, ты должен познакомить меня с этими ребятами». Он ответил: «Они в Москве.» «Если я достану нам два билета в Москву, ты меня с ними познакомишь?» Он сказал: «Конечно». Мы прилетели в Москву и встретились с Анатолием Сагалевичем, который возглавляет ведущий российский институт океанологических исследований. Я поговорил с ним о съемках фильма – голливудского фильма. «Это будет художественный фильм, а не документальный, и не будет носить научный характер». Я сказал ему, что единственная причина, по которой вам стоит принять в этом участие, – это то, что я очень хочу показать миру ваши подводные аппараты и то, как они работают. И я считаю, что коммерческий фильм — лучший способ это сделать, потому что его увидят больше людей и заинтересуются. На что он ответил: «Хорошо». Мы наняли русских и их судно «Академик Мстислав Келдыш», чтобы они доставили нас вместе со всем нашим кинооборудованием на двух подводных аппаратах – «Мир-1» и «Мир-2». Мы сами собрали все наши камеры, корпуса для них, специальные видеокамеры и системы управления. Они должны были выдержать давление в шесть тысяч фунтов на квадратный дюйм на глубине двух с половиной миль. До этого никто не опускал камеру на такую глубину. Давление воды раздавило бы любой обычный корпус камеры. Я хотел, чтобы камера находилась снаружи, в воде, прикреплённая к подводной лодке, но при этом могла естественно поворачиваться и наклоняться, а также позволяла использовать широкоугольные объективы для съёмки большинства кадров. Эти корпуса были изготовлены из титана и превосходили по размерам все корпуса для камер, которые когда-либо погружались на такую глубину, поскольку в них должны были размещаться кинокамеры. Мы сконструировали специальные камеры, которые снимали только две перфорации на кадр вместо четырёх. Благодаря этому нам удалось получить широкоформатное изображение и одновременно продлить срок службы плёнки. Погружения длились по пятнадцать часов, и у нас не было возможности перезарядить пленку. Мне пришлось проявить немалую дисциплину в работе с пленкой. Напомню, что Анатолий Сагалевич сыграл сам себя в фильме.