#Шалимовправ

Белгород между благополучием и тревогой На прошлой неделе впервые оказался в Белгороде. Этот город произвел на меня сильное впечатление сочетанием идеальной благоустроенности и тревожным прифронтовым статусом. Приехав на «Ласточке» в город, я вышел на привокзальную площадь, пока возился с вызовом такси, подъехал новенький и чистенький, как в Москве, автобус, маршрут которого шел мимо моей гостиницы. Проезд 25 (!!!!) рублей по карте «Мир». Я вышел в центре, все клумбы вокруг утопали в тюльпанах. Море красных, оранжевых, желтых цветов вокруг, дурманящий запах. Дороги идеальные, тротуары в не новой, но целой и ровно уложенной плитке. А людей вокруг – пруд пруди, взрослые, старики, молодые, студенты и школьники, вышли погулять вечером и заполонили все парки, скверы, набережные местных речушек и прудов. Уличные музыканты, еда с лотков и фуд-траков, записывающие танцы мамкины блогеры. И все это в городе с населением меньше 350 тысяч человек. И тут началась тревога по атаке БПЛА. Зазвучала сирена, пришло на телефон сообщение, строгий голос из репродукторов объявил об опасности, я увидел, что вокруг везде то тут, то там разбросаны противодронные бетонные короба укрытий. Но ничего не поменялось. Люди все также шли по тротуарам, разговаривали, пели, танцевали. А через 10 минут пришла смска с отменой опасности. Потом я узнал, что у белгородчан выработалась реакция на тревогу: на дроны – смотрят в небо, если не видно, то, значит, опасность в другом месте и можно продолжать заниматься своими делами. Дроны для них дейли рутин. Другое дело – ракетная тревога. Не дай Бог ее услышать, нужно прятаться и не в уличные укрытия, а убежища внутри зданий. У всех, с кем я разговаривал, есть очень печальные, страшные личные воспоминания о днях, когда происходили обстрелы. Уже когда стемнело, я узнал, что в городе отключено уличное освещение из-за последствий атак на энергетическую инфраструктуру. Рассказывали мне про часть домов в городе, в которых перемерзло отопление и прочих бедах. На комплимент, что Белгород прекрасен, все мои собеседники отвечали одинаково: «раньше было еще лучше». Я спрашивал, когда лучше: при Савченко или при раннем, довоенном Гладкове? Говорят, что благодарны обоим губернаторам. Обоих характеризовали как вовлеченных, открытых к людям, про обоих вспоминали слухи про личную заинтересованность то в строительстве хороших дорог, то в высадке тюльпанов, но без осуждения. Причем про обоих говорили в прошедшем времени. Гладков для белгородцев уже как несколько недель, а возможно месяцев, был всё – отставлен. И со вздохом – теперь к нам пришлют генерал-губернатора, а значит, еще больше будет уходить на оборонные мероприятия и еще меньше на благоустройство, благополучность, благосостояние. И ничего военного здесь не хотят. В Белгороде больше, чем в других местах, где я был (особенно больше, чем в родной Сибири) люди ждут мира, который называют не победой, а окончанием того, что здесь никто не именует СВО.