Shadow policy

[База данных] Война Ирана и война с Ираном Bloomberg (25.03.2026) Келли Грико, старший научный сотрудник Центра Стимсона, заявила: «Ослабевший Иран, выпускающий все меньше ракет и беспилотников, но попадающих точно в цель по тщательно отобранным стационарным объектам, становится всё более эффективным в плане нанесения ущерба. С точки зрения количества попаданий, траектория движения меняется в худшую сторону». ... «На практике мы наблюдаем переход к меньшему количеству залпов, но с нетривиальной частотой поражения целей, — сказала Николь Граевски. — Это примечательно, потому что раньше Иран делал упор на массированные удары, чтобы подавить средства ПВО». Reuters (27.03.2026) Николь Граевски, эксперт по ракетным войскам Ирана и КСИР из парижского университета Sciences Po, считает, что администрация Трампа, возможно, преувеличила степень ослабления иранского потенциала в результате ударов США. WP Intelligence (20.03.2026) На кону могут оказаться торговые и инвестиционные соглашения [США] с партнёрами из стран Персидского залива на триллионы долларов. В 2025 году администрация Трампа заключила соглашения с партнёрами из стран Персидского залива, в том числе о партнёрстве с технологическими компаниями Кремниевой долины для создания инфраструктуры ИИ и облачных технологий на Ближнем Востоке. Теперь эти планы будут отложены и, возможно, сокращены. The New York Times (27.03.2026) Как предупреждает The Financial Times, рост цен на всё, включая сырье для производства полупроводников, может привести к краху «пузыря» ИИ, который поддерживает американскую экономику на плаву. Asia Times (27.03.2026) Уильям Песек Несмотря на то, что государственный долг США приближается к $40 триллионам, высокую инфляцию, а также тарифы, снижение налогов и расточительные траты президента США Дональда Трампа, доллар растёт — вопреки всему. Стремительно растущий доллар вновь усложняет планы развития Азии. Самый мощный магнит в истории притягивает капитал со всех уголков земного шара, поглощая средства, необходимые для финансирования бюджетного дефицита, поддержания стабильности доходности облигаций и фондовых рынков. Всё это может стать очевидной и реальной угрозой для Азии в 2026 году. По словам гарвардского экономиста Кеннета Рогоффа, для стран Азии рост цен на сырьевые товары «в условиях и без того слабого курса национальных валют — двойная боль». Ситуация осложняется ещё и тем, что из-за пошлин Трампа и последствий войны в Иране крупнейшие центральные банки переходят в режим ужесточения денежно-кредитной политики. Вместо смягчения в 2026 году ожидается, что следующим шагом ФРС вполне может стать ужесточение. То же самое касается Европейского центрального банка и Банка Англии. … «Китай может быть более устойчивым, но он не устойчив к шокам спроса, — считает Дени Депу, глобальный управляющий директор консалтинговой компании Roland Berger. — Например, если экономика Юго-Восточной Азии замедлится, если люди перестанут пользоваться автомобилями, потому что правительство просит их работать из дома или они не могут позволить себе покупать бензин, это отразится на китайских нефтеперерабатывающих компаниях». 23 марта экономист из Университета Джонса Хопкинса Стив Ханке в статье для журнала Fortune отметил: «Правительство США неплатежеспособно. Это не преувеличение — такой вывод можно сделать на основании консолидированной финансовой отчетности Министерства финансов за 2025 финансовый год, опубликованной на прошлой неделе практически без внимания со стороны СМИ». Чем больше политика Трампа будет ставить под угрозу кредитный рейтинг США, тем выше риск обвала доллара. Это станет ещё одной проблемой для Азии, особенно на фоне стремительного роста доходности государственных облигаций США. Однако, в настоящее время именно стремительный рост курса доллара и цен на нефть подвергают Азию риску.