На досрочных выборах президента Ирана в 2024 году (после гибели Эбрахима Раиси в результате крушения вертолета) Мостафа Пурмохаммади был единственным кандидатом, кто в ходе дебатов открыто критиковал поддержку России в ходе СВО, т.к. это создаёт угрозу усиления санкций против Ирана и международную изоляцию. Допустим, это лишь предвыборная риторика. Более интересным представляется время его пребывания на руководящих должностях в MOIS (1987-1999): заместитель министра разведки и глава управления контрразведки, а затем глава управления внешней разведки (1997-1998). Обратите внимание, был заместителем главы MOIS и руководителем контрразведки, т.е. главой управления внешней контрразведки. Чем занималось это управление? Если посмотреть, какие задачи были поставлены внешней контрразведке ПГУ КГБ, то среди них: агентурное проникновение в западные спецслужбы; «оперативные игры» с противником; контрразведывательная профилактика сотрудников ПГУ на их потенциальное сотрудничество в пользу иностранных разведок и контрразведок. Теперь дата – 1987 год. Пик скандала «Иран-контрас» в США, оказавшего значительное влияние на дальнейший элитогенез. Включая роль председателя Сенатского комитета по юридическим вопросам Джо Байдена. Мостафа Пурмохаммади мог искать и зачищать имевшие место контакты и связи иранцев с американцами. А мог прятать следы от посторонних глаз. Или перехватить контроль за каналами коммуникации. Команда Рейгана шла под снос, а команда вице-президента Джорджа Буша-старшего, бывшего директора ЦРУ шла на подъём. 1987 год – время смены директора ЦРУ и Центральной разведки (куратора всех американских разведок того времени): ушёл из жизни Уильям Кейси, исполняющим обязанности был Роберт Гейтс, а потом был назначен Уильям Уэбстер (с должности директора ФБР, т.е. с американской стороны также начали пересмотр прежних контактов). Особенность в том, что одной из причин (возможно, ключевой) вовлечения американцев в «Иран-контрас» было понимание упущенных возможностей, когда стало известно сколько ракетных систем и т.д. Китай продает в Иран. При этом, деньги от этих операций не возвращаются в Китай, а крутятся через счета филиалов BCCI в Гонконге и т.д. В итоге в схемы «Иран-контрас» оказались вовлечены не только американцы и израильтяне (в надежде сгенерить в Иране умеренные элитные кланы), но и тайваньские партнёры по линии Всемирной антикоммунистической лиги. С 16 августа 1989 по 3 августа 1997 года президентом Ирана был Акбар Хашеми Рафсанджани, один из богатейших и влиятельнейших иранцев. Его называли Акбар-шах или Великий царь, а также Акула. Президент Ирана (2013-2021) Хасан Рухани был политическим единомышленником Рафсанджани. И именно при нём была подписана ядерная сделка 2015 года. При этом, Рафсанджани ушёл из жизни в результате сердечного приступа за 12 дней до инаугурации Трампа на первый президентский срок. И сделка была отменена. CBS News (08.01.2017) Рафсанджани курировал ключевые направления иранской ядерной программы, в том числе переговоры с Россией о строительстве в Бушере реактора для производства электроэнергии. ... В 1980-х годах он использовал свои связи с ливанскими шиитскими экстремистами, чтобы помочь добиться освобождения западных заложников в Ливане, и был ключевым посредником – в документах Пентагона обозначенным как «Raf» - в секретных сделках «Иран-Контрас» по поставке американского оружия в Иран в обмен на деньги, которые использовались для финансирования никарагуанских повстанцев. Хотя Вашингтон рассматривал Рафсанджани как потенциального «ледокола» в отношениях с Ираном, его взгляды были далеки от прозападных и противоречивы. Мостафа Пурмохаммади мог быть одним из ключевых акторов сети влияния Рафсанджани.