Репортаж NYT из Гонконга [с важными нюансами]: Белый дом сообщил, что встреча Трампа и Си Цзиньпина пройдет с 31 марта по 2 апреля. Китай пока не подтвердил детали встречи, а пресс-секретарь МИД КНР заявила в понедельник лишь, что две страны ведут переговоры. Китай все ещё может рассмотреть возможность отмены или переноса встречи с Трампом, чтобы выразить своё недовольство тем, что Вашингтон применяет военную силу против Ирана. В 1989 году Али Хаменеи, который в то время был президентом Ирана, посетил Китай и встретился в Пекине с Дэн Сяопином. Однако, перенос или отмена встречи повлекут за собой определенные издержки. Трамп дал понять, что готов избегать конфронтации с Пекином. Его администрация недавно отложила объявление о продаже оружия Тайваню и смягчила ограничения на продажу передовых американских чипов в Китай. Трамп не упомянул Китай в своем обращении к Конгрессу на прошлой неделе, что является необычным упущением. Правовая ситуация также изменилась в пользу Пекина после недавнего решения Верховного суда, который отменил многие пошлины, введенные президентом Трампом. Его новая 10-процентная пошлина на мировой импорт выгодна Китаю (!) Если Китай отменит или перенесёт встречу, то может потерять набранный темп. Кроме того, Пекин, возможно, не будет возражать, если «Соединенные Штаты увязнут в очередной непопулярной войне на Ближнем Востоке», которая отвлечёт их от Китая, отметил Джулиан Гевирц, бывший старший директор по делам Китая и Тайваня в СНБ при президенте Джозефе Байдене. По словам Гевирца, «Пекин гораздо больше волнует управление Соединенными Штатами, чем события на Ближнем Востоке». В отличие от США, у которых есть официальные обязательства по обороне перед десятками союзников, у Китая есть только один — Северная Корея. Партнёрские отношения с Ираном и Венесуэлой носят стратегический, а не военный характер. «Си Цзиньпин равнодушен ко всем внешним связям Пекина. Он добился того, что имеет, благодаря своей непреклонности, — сказал Джо Уэбстер, старший научный сотрудник Atlantic Council. — В Коммунистической партии Китая не принято проявлять мягкосердечие». Вместо этого Пекин, скорее всего, продолжит оказывать риторическую поддержку Тегерану, утверждая, что США являются главным источником глобальной нестабильности. В редакционной статье Global Times, издания КПК, в понедельник (2 марта) прозвучал призыв к международному сообществу отвергнуть попытки Вашингтона вернуть мир к «законам джунглей». Джозеф Уэбстер свободно владеет китайским языком. Редактирует China-Russia Report — рассылку, посвященную развитию китайско-российских отношений. Джулиан Гевирц получил степень доктора философии по истории современного Китая в Оксфордском университете в качестве стипендиата Родса. Пишет стихи. Был заместителем координатора по глобальным вопросам, связанным с Китаем, в Госдепартаменте США и директором по Китаю в СНБ. Его отец разработал и возглавил американо-китайскую инициативу по сотрудничеству в правовой сфере, которую президент Билл Клинтон и председатель КНР Цзян Цзэминь одобрили на саммитах в 1997 и 1998 годах. После возвращения в Йель из администрации Клинтона Пол Гевиртц в 1999 году основал Китайский центр при Йельской школе права, который первоначально назывался Китайским юридическим центром, а в 2014 году был переименован в Китайский центр имени Пола Цая. С момента основания Гевиртц является его директором. [По факту через этот центр элита Тайваня инвестирует в инновационных лидеров для ЦРУ. Но одновременно это и связь с создателем финансовой и правовой архитектуры компании Alibaba] Мать Джулиана и жена Пола Гевиртца — Зои Бэрд. Билл Клинтон назначил её в состав Консультативного совета по внешней разведке при президенте и в Комиссию по роли и возможностям разведывательного сообщества США. С 1998 по 2022 год она была гендиректором и президентом Markle Foundation. Занималась внедрением информационных технологий в развивающихся странах. И консультировала АНБ. Через фонд была связана с Уильямом Бернсом, Джейком Салливаном, а также их британскими и немецкими партнёрами.