Седьмая печать

Требования к хранению данных, использование систем глубокого анализа трафика и внедрение обязательной фильтрации, то есть всё то, что так усердно продвигалось в России как элементы суверенного интернета, на самом деле являются основой китайской модели контроля Сети. Распространению модели способствует экспорт инфраструктуры, считают эксперты. Китайские технологические компании поставляют оборудование, операторские узлы, облачные сервисы и решения для связи, которые изначально включают инструменты контроля. Эти технологии входят в международные проекты модернизации, а вместе с ними распространяется и логика государственного управления интернетом. В результате контроль становится элементом, который можно внедрить как часть внешнеполитического пакета. Выглядит для многих властей заманчиво. Однако даже в самом Китае система формирует собственное сопротивление. Разработчики внутри страны создают инструменты обхода, которые усложняются с каждым новым усилением фильтрации. Появляются прокси, маскирующиеся под обычный трафик, многопротокольные платформы и транспорты, имитирующие легитимные соединения. Пользователи используют кодовые выражения, сатиру и краткоживущие мемы, показывая, что полное подавление невозможно. Диаспора поддерживает зеркала, публикует инструкции, распространяет материалы и помогает сохранять альтернативное информационное пространство. По мере совершенствования ИИ контроль пользователей растет. Одновременно растет их самоконтроль и развиваются скрытые способы общения. Исторический опыт показывает, что давление вызывает новые формы обхода, а развитие технологий лишь усложняет попытки полностью устранить альтернативные каналы, указывают эксперты. Но российские власти, видимо, считают, что русские терпеливее китайцев. И корейцев, большинство которых интернета просто никогда не видели.