"Конечно, когда все это начиналось, никто не мог предположить, что будет столько могил". Для жителей российской таежной глубинки, где единственный заработок – сезонный сбор кедрового ореха или тяжелый труд на лесозаготовках за 40 тысяч рублей, военный контракт часто становится единственным шансом выбраться из безденежья. О том, как война выкашивает сибирские деревни, почему деньги на гранитные памятники находятся быстрее, чем на спасение 300-летнего музея, и что говорят семьи погибших, – читайте в репортаже Сибирь.Реалий.