Максим Шевцов информационный проект #сетевая_партия. Добрая поддержка 2202 2053 4970 7429 "Сбер"

Энергия для ИИ. Ресурсы для власти. Товарищи, между 2016 и 2025 годами электрогенерация США выросла на 10,4%. При этом за 2017–2024 годы потребление американских дата-центров увеличилось примерно втрое — при росте общей выработки за тот же период всего на 8,2%. Вычислительная инфраструктура предъявляет энергетике совсем другой темп. По оценке Epoch AI, производительность мирового парка ИИ-чипов с 2022 года росла примерно в 3,4 раза ежегодно. А в исследованной выборке крупных ИИ-кластеров на май 2025 года США сосредоточили около 75% вычислительной мощности — втрое больше остальных стран вместе. Выборка неполная, охватывающая 10–20% мировых мощностей ИИ, но масштаб американской концентрации она показывает. Дальше начинается физика. По базовому прогнозу лаборатории Беркли, к 2030 году американским дата-центрам потребуется дополнительно 457 ТВт·ч электричества в год. Это больше всего прироста электрогенерации США между 2016 и 2025 годами. И это пока прогноз потребности — электростанции и сети ещё надо построить. Собственный газ у Америки есть: она добывает его больше, чем потребляет. Строятся солнечные и ветровые станции, планируются новые газовые мощности и возвращение закрытых АЭС. Но около 93% урана в закупках американских операторов АЭС за 2025 год имело иностранное происхождение. Кроме топлива нужны турбины, трансформаторы, кабели, металлы и специалисты. По исследованию МЭА 2025 года, крупные трансформаторы приходилось ждать до четырёх лет. Отсюда риск задержек, удорожания строительства и борьбы за то, кто получит подключение и кто оплатит расширение сетей. И здесь экономика непосредственно соединяется с внешней политикой. Американский план по ИИ объединяет инфраструктуру, международную дипломатию и безопасность, прямо связывая технологическое лидерство с экономическим и военным преимуществом. В январе 2026 года Белый дом назвал ИИ и дата-центры среди причин растущей потребности в критических минералах и поручил добиваться соглашений о поставках с другими странами. Это уже выражается в конкретных договорённостях. Проект в Огайо предусматривает 9,2 ГВт газовой генерации и $33,3 млрд японского финансирования. В ОАЭ объявлен ИИ-кампус на 5 ГВт с участием американских компаний и использованием местной атомной, солнечной и газовой энергии. США привлекают капитал к себе и одновременно расширяют присутствие своих технологий за рубежом. На мой взгляд, борьба за ресурсную основу ИИ становится одним из ключевых мотивов американской экономической и технологической дипломатии. Первенство этого мотива во всей внешней политике ещё требует доказательств. Но сама стратегия видна: обеспечить поставки, привлечь инвестиции и сделать американские технологии основой развития других стран. Кто будет владеть этой инфраструктурой — и кто будет платить за доступ к ней? Вот вопрос о будущем распределении власти.