Ерженков

Несколько знакомых, не сговариваясь, прислали мне одни и те же ссылки. Так бывает, когда история касается чего-то, что люди не могут переварить в одиночку. Обе истории напомнили им о Павле Кушнире и его трагической гибели. Сначала в тюрьме повесился художник из Комсомольска-на-Амуре Андрей Акузин. Про него уже написали несколько статей - найдите, не поленитесь. Потом, в пятницу, в воронежской ИК-2 умер Дмитрий Кузнецов, которого знали как христианского блогера Вегана Христолюба. 43 года. Накануне разговаривал с отцом по телефону, на здоровье не жаловался, голос был обычный. А уже в пятницу позвонил оперативник и попросил отца приехать в понедельник. За телом. Причину смерти сообщить отказался. Дмитрий получил 3 года за видео с заголовком «Зеки, убийцы, разбойники — основа всех армий мира. Нет войне». В нем он рассуждал о насилии, сравнивал Сталина с Гитлером, говорил что думал - без оглядки, как говорят люди, которые уже что-то решили внутри себя и больше не торгуются. Когда приговор вступил в силу и ему надлежало явиться в колонию, он вышел в одиночный пикет с плакатом, на котором было написано: «Иисус заповедал любить врагов, а не убивать, ибо Бог есть любовь. Убийцы не наследуют царства Божьего». За что его, понятно, сразу же повязали, причем, судя по видео, ДТП-сники. В интервью Sotavision из зала суда Христолюб сказал, что следователи предлагали ему уехать - подписка о невыезде позволяла, дорога была открыта. Но он отказался. Не из упрямства, - как я сейчас для себя уяснил, внимательно изучив его наследие, - и не из той мрачной гордыни, что толкает людей на показное мученичество. Его решение отстаться проистекало из чего-то другого - более тихого и более твердого. На аудиозаписи из зала суда он сказал: «Свечку зажигают не в полдень в светлой комнате, а ночью во мраке». Говоря это, он обращался то ли к судье, то ли ко всем нам. И навсегда ушел туда, где темно. Биография у него была, прямо скажем, не агиографическая - о чем он и сам пишет с той обезоруживающей откровенностью, какая дается лишь людям, которым уже незачем прихорашиваться. Родился в семье военного. Жили бедно. Юность прожил как живут многие: пьянки, гулянки и под самый финал - сожительство во грехе сразу с двумя женщинами. Жизнь неумолимо катилась под горку, пока в 27 он не узрел Бога. Дальше 5 лет в православии: алтарничал у иеромонаха в деревне, поступил на богословский, едва не женился - уже почти вошел в ту устоявшуюся, намоленную жизнь, где все расписано и благословлено. Но что-то увидел изнутри, чего снаружи не разглядишь: ту же иерархию, то же переплетенье власти и послушания. Понял, что православие - та же секта, только древняя и при государстве, и дух ее столь же мало совместим со свободным христианином, как тюремный устав - с Нагорной проповедью. Ушел к протестантам. Потом и от них - по той же причине. Остановился там, где и должен останавливаться человек, которому тесно в любых стенах: один, без конфессии, с Евангелием и собственной совестью. Очень толстовская история. Та же непреклонная логика, доведенная до крайности. Последние его лекции - об Апокалипсисе от Иоанна. Я смотрел их до раннего утра, и было в этих записях что-то странно умиротворенное. Лектор будто складывал вещи перед дорогой - аккуратно, без лишней суеты и с твердым осознанием, что так и должно быть: чему быть, того не миновать. Уже после его ухода на канале появилось посмертное видео. Он его записал еще в 2025 году и попросил друзей опубликовать только в том случае, если с ним что-то произойдет в тюрьме. Я не знаю, как назвать этот жанр. Не завещание, не исповедь, не манифест. Просто человек смотрит в камеру и разговаривает с теми, кто будет смотреть это видео уже без него. Он говорит: «Может быть, вы на канале увидите публикацию о том, почему меня не стало, по какой причине я вернулся домой. То ли меня рашисты запытали, то ли убили, то ли мусульмане, то ли все эти ФСИНовцы, то ли зэки какие-то другие, я не знаю.