В августе 1941 года Евгений Долматовский попал в плен в районе Зелёной брамы. Позже эти события назовут Уманский котел. Поэт был ранен в голову и руку. В плену его, с группой военных командиров, таких же пленных, фашисты завели в здание школы, усадили за парты, и генерал фон Даниэльс стал ораторствовать перед ними, что СССР разгромлен, а вермахт непобедим. Слово самому Евгению Ароновичу (из книги «Очевидец») 👇: «Генерал заговорил несколько напыщенно, постукивая стеком по перилам крыльца. Я хорошо запомнил его речь, несмотря на туманный заслон, вызванный ранением в голову и долго ещё потом мучивший меня. Генерал говорил, что на днях будет взята Москва, что война подходит к концу и останется только расправиться с Англией. Он очень умело и как-то четко унижал нас, обещал, что так же, как мы, за партами скоро будет сидеть и верхушка Красной Армии. Закончив речь, Даниэльс несколько картинно покинул крыльцо, а мы остались сидеть за партами, не в силах глянуть друг другу в глаза. Детские размеры парт помогали нам не упасть». История на этом не закончилась. В феврале 1943 года поэт узнал, что среди гитлеровских военачальников, взятых в плен под Сталинградом, есть и фон Даниэльс. Долматовский обратился к командующему фронтом Рокоссовскому с просьбой провести для вражеского генерала «урок истории». Даниэльса посадили за школьную парту. В класс вошел Евгений Долматовский и по-немецки спросил: «Вы меня не узнаете?» Тот удивился: мол, откуда ему знать. Долматовский напомнил ему «урок истории» под Уманью. Я б ему еще «на посошок» исполнил «7:40»… но Евгений Аронович, в отличие от меня, был культурным человеком.