се рен ков

Анонс года, а может не только года, а может не только анонс (жаль не мой) Не люблю делать сам анонсы, не люблю чужие анонсы (если речь не идет о мероприятиии – но это тогда и не анонс, а просто реклама). Сделаешь – тогда и расскажешь, чтобы если будет интересно, можно было сразу и поглядеть. Пример анонса, который штырит сильнее, чем большинство текущих инфоповодов: канадский библиотекарь и русский публицист Владимир Лорченков перевел на русский «Лолиту» Владимира Набокова, написал гигантский комментарий к ней и теперь вот намерен все это постепенно выкладывать в интернет. Во-первых, это просто дико и угарно, это панк-выходка, от которой непроизвольно улыбаешься. Да, «Лолита» – англоязычный роман, соответственно, его переводов на русский может быть бесконечное множество. Но «Лолиту» на русский перевел сам Набоков, а любые другие переводы заблокированы его наследниками (сейчас это уже не буквально «наследники», а некая коммерческая структура) до перехода прав на тексты в общее владение. Лорченков в своей большой статье-анонсе подробно это разбирает, но упускает один момент: точно так же заблокированы переводы русских романов Набокова на английский. Все свои русские тексты Набоков перевел сам / с женой и сыном. Общеизвестно, что переводы эти часто прямо неуважительны к первоисточнику. Англоязычный «Смех в темноте» – это, ну, «пересказ», «изложение» русскоязычной «Камеры Обскуры», не перевод. «Воспоминания» Набокова (аксаковски-бессюжетные романы-идиллии о случайных детских впечатлениях; «Детские годы Багрова-внука» снятые Уэсом Андерсоном) на русском и английском – общеизвестно, две разные книги. Набоков, один из лучших писателей в истории, последний великий русский классик, твердо сказал, что насколько это вообще позволено юридически, никто его тексты переводить не сможет. Лорченков послушал это, сказал, «ага, да, уважаемо, конечно, без вопросов» – и перевел. Выложить этот перевод, тем более напечатать за деньги, нельзя раньше 2048-го. Но Лорченков никуда не торопится. У него просто было свободное время, поработать было в охотку – ну вот он и перевел. Во-вторых, ну, если честно, я не знаю действующих авторов более подходящих этой работе. Формально Лорченков полная противоположность Набокова. Он страшно экспрессивный, запальчивый, любит широкие жесты и писать про политику. Он всегда пишет, как будто только что выпил кофе: мысль скачет, внутри отступления оказывается еще отступление. В одном эссе он даже поместил в отступлении от отступления мысль, что со времен войны с Наполеоном отступления – русская национальная стратегия выживания! Набоков – совсем не тот «сноб» каким его рисует массовое представление, но, во всяком случае, он правда аккуратист и педант на фоне Лорченкова. Зато Лорченков хорошо знает те же три языка, которые были родными для Набокова, разбирается в литературе, и, как и Набоков, всю взрослую жизнь живет вдали от России. По-моему, самые захватывающие блоки его статьи-анонса – про необходимость воспринимать «Лолиту» как французский роман, который автор / рассказчик сам же перед записью переводит в голове на английский. Я французского не знаю, но к такой же мысли пришел просто читая французскую прозу первой половины XX-го века . Вы никогда не найдете «наследников Набокова» среди американских постмодернистов, вроде как ему наследовавших. Пинчон, Делило, Фостер Уоллес – это «Тихий дон» и «Вечный зов» «Войны и мира» набоковской прозы, тупой деревенский извод в стиле «слышал звон, да не знаю, где он». А вот произвольные тексты Жана Жироду, Анри де Монтерлана, Поля Морана, да и даже более ранних Жюля Ренара и Валери Ларбо невооруженным глазом видно, что находятся в одной литературной традиции с «Лолитой». То, что Лорченков это видит и имеет все необходимые навыки свое понимание превратить в текст – уже одно делает его перевод интересным. Даже в случае полного провала это будет супер интересно. А если у Лорченкова получится лучше, чем у Набокова… Ну, согласитесь, не каждый день ситуации с такой интригой вообще возникают!