Первокурсник Альберт Насырьянов пишет о важной для него книге: Выражение «чему посмеешься, тому и послужишь» никогда не звучало так выразительно, как после прочтения «Дон Кихота». И звучание это отнюдь не злопыхательское, как принято считать. Наоборот, служение здесь, как и у Дон Кихота (не того странного и смешного чудака, на которого так щедро сыплются удары, а самого идеала во всей своей нетронутой чистоте), принимает форму высокого начала самопожертвования. Дон Кихот научил меня многому. Обладающий смиренным сердцем, он духом велик и смел; умилительная его набожность не стесняет его свободы; чуждый тщеславия, он не сомневается в себе, в своем призвании, даже в своих физических силах; воля его — непреклонная воля. Само собой, постоянное стремление к одной и той же цели придает некоторое однообразие его мыслям, односторонность его уму. Тем и поразительнее. Да, он знает мало, но ему и не нужно много знать: он знает, в чем его дело, зачем он живет на земле, а это, пожалуй, самое главное знание в жизни. Не будет ошибочным утверждение, что Дон Кихот своим наглым упорством способен внушить читателю ложное представление о величии, вседозволенности, другими словами — ослепить. Что ж, если это ослепление, то счастливое и честное. Чего только стоит победительно действующая красота несуществующей Дульсинеи! Кто бы что ни говорил, но перед нами, как говорил Тургенев, разворачивается всемирно-историческое свойство! Масса людей всегда кончает тем, что идет, беззаветно веруя, за теми личностями, над которыми она сама глумилась, которых даже проклинала и преследовала, но которые, не боясь ни ее преследований, ни проклятий, не боясь даже ее смеха, идут неуклонно вперед, вперив духовный взор в ими только видимую цель, ищут, падают, поднимаются, и наконец находят... и по праву; только тот и находит, кого ведет сердце. Кстати, разговор Альберта с Олегом Тепцовым можно прочитать в новом 91 номере журнала «Литература и кино»