Михаил Маздров, редактор сайта «Сеанса», завершает парад итогов ушедшего года. Кинопроцесс: умеренные удачи и все те же огорчения. Кино: не говорит о современной жизни. Может быть оно и не обязано это делать сегодня. Кино ведь вообще никому ничего не обязано. Это в основном. Есть несколько очевидных удач. Никуда не деваются старички. Радостно, что Хэл Хартли наконец-то снял фильм, но грустно, что от него тянет фильмом последним. Майк Ли снял крепкий фильм Майка Ли. «Вдохновитель» Келли Райхардт из-за его старорежимной складности выглядит посреди всего остального как оттаявшая из вечной мерзлоты инопланетная технология. А ещё фильмы изымают из проката, помните? Самое страшное, что мы начинаем радоваться, когда решение об изъятии как будто забывают принимать. И уже не удивляемся абсурдным, таинственно замолченным решениям по изъятию. Это молчание — самый умный прием изымающих органов, ведь с молчанием и не поспорить толком. Вся эта ситуация унизительна, она действует на гордость, а бывает, что и превращает происходящее в игру «запретят-не-запретят», ещё раз подслащает грустную реальность. Два моих самых острых ощущения, связанных с кино, случились на фестивале «Маяк». Первое — показ «Картин дружеских связей». Это оглушительное, выпуклое кино, в котором есть жизнь. Кино наперекор времени, являющее людей уставших, но уставших не до конца. «Картины» увидел пока только узкий круг особенных людей в просмотровках и в Геленджике, а это не его цель. В марте фильм, к счастью, выходит в прокат. Второе геленджикское впечатление — показ, приуроченный к 80-летию победы в ВОВ, «Летят журавли». Накануне я плохо выспался и весь фильм размышлял о чем-то ещё, глядя в экран. Проснулся только на финальной речи Зубкова о «лютой ненависти к войне», и она стукнула меня, сонного, как кирпич по голове. И с тех пор голова кружится. Все в нашем лузерском времени ощущается перемешанным, взгляд идет не из глаз, а из какой-то другой части тела, — допустим, из локтя. Все смотрится как сон с вечно ускользающей целью, полет кругами над городом, без приземления. Сплошная неврология, — кулак, который не получается сжать. А на фоне — никого не касающийся апокалипсис. Сейчас важно двигаться, выходить на улицу, желательно, когда ещё светит солнце. Световой день растет, не за горами весна. Надо сделать первый шаг, пусть даже на хромую ногу. И, возможно, не стоит бояться пафоса в своем кино. Пафоса мирного, тихого человека. Надо бы его отыскать. Ирония нас завела в cul de sac, ну, это уже наверно все поняли. Это противное время точно не ожидает от вас гордости и высоко поднятой головы.