Итоги 2025: Андрей Карташов, кинокритик, педагог Школы «Сеанс» Вспоминаются иногда времена, когда итоговые списки лучшего за год составляли из фильмов, где ничего не происходит: из медленного кино, постдраматического, из всякого магического реализма. Не то чтобы все эти формы ушли, но на первом плане в этом году — фильмы, мельтешащие событиями, темами, проблемами, вопросами, на которые и ответ не всегда предполагается. (Это кроме России, где в 2025 году снимают про Пушкина и Лермонтова — красноречивый факт, который, уверен, будет еще возможность обсудить когда-нибудь. Покуда же российскому кино нечего сказать о современности, то и мне о нем сказать нечего; «все всё понимают».) Главным жанром стал сатирический, и в нем мало равных румыну Раду Жуде, которому совсем не жмет статус нашего Росселлини: один из двух новых фильмов, вышедших в 2025-м, он назвал «Континенталь ’25», отсылая к «Европе ’51» итальянского классика, и картина выдерживает такое сравнение. Кто сейчас, кроме румын, умеет потыкать острой палочкой в наше моральное чувство? Только иранцы — и Джафар Панахи в «Простой случайности» отказался от метасюжетов, наконец-то убрал себя из кадра и сделал едва ли не лучший свой фильм. В трамповской Америке состояние мира емко обозначено в формуле «Битва за битвой» — заглавие конспирологической фантасмагории П. Т. Андерсона по книге Пинчона (заговор есть и левый, и правый!). Амбиция большого американского романа была и у Ари Астера в «Эддингтоне», но автор с таким замахом ожидаемо не справился в силу отсутствия мыслей в голове. Зато к конспирологической теме подключился заморский гость Йоргос Лантимос, который, вдохновляясь корейским сайфаем и античной мифологией, справедливо замечает: если новостная повестка кажется бредом сумасшедшего, то давайте послушаем сумасшедших, может, они что-то поняли. Интересен синхронный выход «Бугонии» Лантимоса с сериалом Pluribus — давно на экранах не бывало похитителей тел, а тут сразу два таких сюжета. Ну да, ведь это раньше только совы были не тем, чем кажутся, а теперь кто и что угодно, ведь мы вошли в эпоху «искусственного интеллекта», постправды и дипфейков. Смогут ли подружиться кино — технология производства «правды 24 раза в секунду» — и генеративные нейросети, технология производства обмана? Вопросов больше, чем ответов. Во всяком случае кино живет и остается собой, пока снимают Жуде (между прочим, включивший AI slop в «Дракулу»), Панахи, Оливер Лаше. Как Росселлини свидетельствовал своим кино о реальности (времени, истории, судьбы, чувства; главное, что о реальности) — так и Лаше в своей богословской притче «Сират» напоминает, что большое кино случается, когда человек оказывается лицом к лицу с миром и понимает, насколько он меньше этого мира.