Scriptorium

Японская «колея»: «сиката га най» против фатализма и квиетизма. 1.В японском есть выражение 仕方がない («сиката га най»): «ничего не поделаешь». С ним Япония переживала войны, землетрясения и цунами, а после Тохоку в 2011 г. мир удивлялся спокойным очередям за водой. Но рядом с этим смирением — старые камни цунами на побережье надписью «не стройте ниже». Деревня Анэёси послушалась своего камня и уцелела. 2.У нас многие публицисты любят объяснять всё «колеёй»: Россия якобы обречена ходить по кругу, потому что так сложились институты и ментальность. 3.В японской науке такой фатализм не принят. Экономист Масахико Аоки описывал институты как равновесие, которое держится, пока элементы поддерживают друг друга, и ломается при сильном шоке. Япония доказала это реставрацией Мэйдзи с её лозунгом «вакон ёсай» (和魂洋才) — японский дух, западная техника — и послевоенными реформами: культуру сохранили, траекторию сломали. 4.Японский аналог нашей популярной «колеи» — нихондзинрон (日本人論), массовые «теории японской уникальности». Академическая наука считает культурный детерминизм жанром публицистики, а не объяснением. 5.У нас же про колею любят рассуждать публицисты и это опаснее чем кажется для инструментария познания социальных процессов. Историк и экономист Дмитрий Травин («Почему Россия отстала?») показывает: Россия идёт тем же путём модернизации, что и Европа, только с опозданием и рывками. Отставание объясняют войны, реформы и решения элит, а не неизменная культура. Испания и Южная Корея когда-то казались «безнадёжными», Ирландия и Финляндия были периферией Европы — сейчас уже нет. 6.В Японии «сиката га най» почти всегда идёт в паре с 頑張る («гамбару»), «держись и старайся изо всех сил». Принимай то, что не можешь изменить, и выкладывайся в том, что зависит от тебя. Это стоицизм. Его воплощения — кайдзэн, ежедневные маленькие улучшения, и кинцуги: трещину на чаше не прячут, а заливают золотом. 7.В серьёзной науке, японской и российской, «колея» — не рок, а инструмент: она описывает, как прошлое сдерживает настоящее, но не запрещает перемены. И ею не затыкают любую неудобную ситуацию, когда у публициста кончились объяснения (или пропало желание писать очередной проходной пост). «Ну это наша колея» —не просто ошибка, а загрязнение мышления, вроде истории по Анатолию Фоменко, у которого Троянская война и крестовые походы оказываются одним и тем же. 8. «Колея» удобна, потому что снимает ответственность: если всё предопределено, менять ничего не нужно. Но японский опыт показывает другое: «ничего не поделаешь» работает только в паре со «старайся изо всех сил». Культура задаёт базовую линию, а очертания формируют пишут люди и практики. Опасна не привычка к смирению, а привычка смиряться не с тем — с решениями, которые можно оспорить и изменить.