Scriptorium

Ханна Арендт: сегодня 120 лет со дня рождения одного из самых важных интеллектуалов политической философии ХХ в. 14 октября 1906 г. в Линдене под Ганновером родилась Ханна Арендт — мыслитель, без которой невозможно представить разговор о политике XX в. и не только. 1.Арендт первой показала, что тоталитаризм («Истоки тоталитаризма», 1951 г.)— не разновидность старой тирании, а принципиально новая форма власти. Преодолевая свежие травмы немецкого нацизма, она смогла абстрагироваться от них и написать объективный и один из самых важных для политологии ХХ в. текст. 2. «Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме» (вышла в нач. 1963 г.) значима и как источник (журналистская работа), но главное Арендт смогла увидеть в организаторе уничтожения не демона, а исполнительного чиновника, неспособного/нежелающего мыслить и смотреть на мир глазами другого. Классическая целерациональность Макса Вебера обрела новые краски. 3.Опыт беженца/релоканта помог Арендт сформулировать формулу «право иметь права»: человек без государства оказывается под угрозой лишённым человечности, но за счет собственной личности и умений – способен преодолевать этот ужас. 4.Многое у Арендт сейчас, конечно, устарело. Например, образ Эйхмана как бессмысленного бюрократа оспорен: найденные позже материалы показывают убеждённого антисемита. В концепцию тоталитаризма тоже внесено множество изменений, многие выводы оспорены, но Арендт создала целую парадигму смыслов. Также как, кстати, и в плане освоения опыта античности для трагичного сознания ХХ в. («De vita activа», 1958 г.). 5.Одиночество как почва для массовых движений, пропаганда, которая разрушает саму границу между фактом и вымыслом, бюрократическое зло без злодеев, беженцы без прав — всё это актуально и сейчас, для многих. 6.Для Арендт главное условие зла — не ненависть, а неспособность остановиться и подумать, увидеть ситуацию глазами другого. 7.Отдельно нужно сказать о стойкости Арендт: писала об ужасах, которые прошли через её собственную жизнь, сдержанно и аналитически, не позволяя боли и гневу заменить мысль. Её упрекали в холодности: Гершом Шолем говорил, что ей не хватает любви к своему народу. Она отвечала, что любит людей, а не народы. Эта отстранённость не была равнодушием. Это была дисциплина ума, без которой зло можно только проклинать, но нельзя понять. А понимать, по Арендт, — значит не позволить ему повториться…