Scriptorium

Антрополог А. Юрчак пишет об актуальных (я бы даже сказал актуализирущихся) механизмах социальной психологии в позднесоветском обществе. В книге «Это было навсегда, пока не кончилось» Юрчак пишет, что отношение к диссидентам было не плохое, а незаинтересованное. Диссиденты разоблачали официальную пропаганду (авторитетный дискурс), а обычные люди («свои», «нормальные») не были в этом заинтересованы, потому что они не воспринимали официоз ни как правду, ни как ложь. Отношение к диссидентам было схожим по тональности к отношению к активистам, то есть верящим в идеалы коммунизма и скорое наступление социализма. Проще говоря, и активисты и диссиденты были бесконечно далеки от реалий обычного, «нормального» (М. Фуко бы сказал «нормализованного») позднесоветского обывателя. Юрчак пишет, что это важно не само по себе, а как симптом отношения к советской системе, что еще раз показывает: нельзя все сводить к сопротивлению или конформизму. В основе этого феномена иная логика, заключающаяся в постоянной внутренней трансформации системы без ее прямой поддержки или прямого ей противодействия. Медиевист А. Гуревич говорил про средневековое «молчаливое большинство», но для более сложной советской (и постсоветской социальности) этот термин применим лишь в логике отказа от публичного несогласия с властью. Юрчак же описывает способ существования неполитических выживальщиков, которые предпочитают жить здесь и сейчас, без особой веры в какие-то цели, идеалы и нарративы и прочие лозунгизмы. Конечно, все это не мешает рассматривать эту социальную массу в логике конформистов или сопривленцев, но скорее, они выживальщики, предпочитающие оставаться в тени в широком смысле этого слова. Да, это разновидность атомизации, но, например, с начала Перестройки она длилась во многом уже по инерции, а когда пресс государственного контроля был ослаблен – все это быстро переросло в рост общественно-политической и очень разнообразной активности. Впрочем, весьма краткосрочный, в историческом плане.