Scriptorium

Интересный обмен мнениями Канала Визионера и Игоря Димитриева по поводу вероятности войны России и Европы в среднесрочной перспективе. Пока наиболее вероятный сценарий: пульсирующая, но неизбежная конфронтация, при невысоких (но уже не минимальных) рисках прямого военного столкновения. 1.Сценарий «война с Россией» уже стал для Евросоюза институциональным и выполняет важные политические функции. Главная из которых переход европейских стран от общества потребления постиндустриального типа в сторону более секьюритизированных форм государственности, с возрастающими тратами на оборону и военную сферу. Это долгосрочная стратегия, в которой военная сфера видится как мощный драйвер общего технологического развития постиндустриального типа. Образ России как врага институционализирован Евросоюзом и отражен в важнейших официальных документах. 2.Такая политика не совсем популярна в Европе (но есть исключения: страны Балтии, Польшу и отчасти Скандинавия с Финляндией). Например, Испания вообще послала и Д. Трампа, и Брюссель с его нормами повышения трат на вооружения. Вообще юг Европы гораздо больше беспокоит Палестина, чем Украина. Да и Восток и Север наелся уже помощью Киеву, но для северо-восточной Европы (включая Германию) – это важнейший вопрос, который деактуализирован быть не может. 3.Гибридная война и противостояние с Россией может затихать, может разгораться, но вероятность его продолжения – очень высока. Относительно прямого военного конфликта или различных точечных ударов – стоит держать скепсис. Москва прямо, устами В. Путина, говорит, что не собирается вступать в такую войну и даже готова закрепить это документально (то есть отбросить всякие разговоры про Нарву, Сувалкский коридор и т.д.). Это очень значимое заявление, которое, кстати, ничем не противоречит Мюнхенской речи Путина (февраль, 2007 г.), из которой следует, что Россия отводит себе роль гегемона на постсоветском пространстве. С чем Евросоюз, очевидно, не был согласен ни тогда, ни сейчас. 4.Евросоюз не собирается отказываться от Молдавии, Украины или даже Грузии и даже, в перспективе, и Армении, но и условий для интеграции их в состав объединения, объективно, нет. Эти «спорные» территории и будет территориальным основанием конфронтации на долгие годы. Урегулировать этот вопрос в нынешней парадигме практически невозможно, но можно снизить его остроту. 5.Обьективно, для Евросоюза гораздо большая проблема это мигранты и неконтролируемый поток незападных мульти идентичностей, которые на уровне образа жизни и устоев могут размыть западную идентичность Евросоюза. Тем более, что демография говорит о том, что страны население стран второго и третьего миров будет увеличиваться в возрастающей прогрессии, а Евросоюз сейчас один из главных доступов в ворота золотого миллиарда. Однако антимигрантская мобилизация в Евросоюзе практически невозможна, а антироссийская, худо-бедно, работает. Верхушкой Евросоюза она рассматривается как способ повышения геополитической субьектности объединения. Способ не очень эффективный и явно натянутый за уши, но другого у ЕС нет. А повышать свою внешнеполитическую субьектность в Евросоюзе решили твердо. P.S.Исторически противостояния России с Европой явление частое, почти постоянное, но конфликты никогда не выключали Санкт-Петербург/Москву из орбиты западной ойкумены на долгий срок. Европейский проект сейчас в огромном кризисе, но свернут не будет. Хотя сейчас он деградирует стремительно и очень серьезно. Отчасти экономика и культура останется мета-историческими основаниями для сохранения/восстановления отношений в исторической перспективе. https://t.me/vizioner_rf/15165