на днях ездила в Тарусу, и эта короткая поездка стала для меня одним из самых вдохновляющих событий за последние месяцы. вот три самых ярких впечатления: • выставка «За сто первым километром. Нонконформисты в Тарусе» (ее проводит музей AZ). представляете, за год до раскритикованных Хрущевым авангардистов в Манеже и за 13 лет до «бульдозерной выставке» в небольшом городе в 150 км от Москвы художники и зрители смотрели на полотна «неофициальных» художников на «неофициальные» темы: Борис Свешников писал о своем опыте лагерей, Валентин Воробьев делал шутливые зарисовки из тарусской («в Париже хорошо, а в Тарусе лучше) жизни своих товарищей, Борух Штейнберг экспериментировал с эпоксидной смолой, с помощью которой увековечил на одном из своих холстов визитные карточки дипломатов, журналистов и других иностранных гостей СССР, выставлялся там и мой любимый Анатолий Зверев (автопортрет с кошкой) • цветаевский пирог. в кафе дома литераторов, в котором проходит выставка, обязательно нужно попробовать этот десерт из ягод и взбитой сметаны. рецепт, как указывает название, пользовался большой популярностью в доме Цветаевых, который когда-то располагался в Тарусе, а сейчас на высоком берегу Оки стоит поминальный камень Марине Цветаевой. могила поэтессы находится в Елабуге. • сад-дендрарий и дом-музей Ракицкого. истории создания и дома, и сада звучат, как сюжеты романтического фильма: агроном Ракицкий построил их для своей больной туберкулезом жены Софьи. но заинтересовала меня не его, а ее фигура. Софья Федорченко — одна из родоначальниц документальной прозы: в годы первой мировой войны она была сестрой милосердия, а по возвращению с фронта выпустила книгу «Народ и война», в которой собрала рассказы и размышления русских солдат о войне и мире. стоит ли говорить, что в первые годы после публикации книга произвела ошеломляющий эффект. но уже через 10 лет ее назвали «поклепом на народ», а Софью отменили. до конца своих дней Федорченко пыталась защитить свой текст и прозвучавшие в нем голоса русских солдат.