Польский парадокс На бытовом уровне поляки всё чаще конфликтуют с украинцами, а польский официоз регулярно возмущается любовью Банковой к коллаборационистам времён ВОВ. При этом сама Польша из штанов выпрыгивает, поддерживая официальный Киев в войне с Россией и время от времени буянит в сторону Калининграда. Казалось бы, если у Варшавы и Москвы есть претензии к украинскому национализму, почему Польша продолжает вести себя подобным образом? Ответ – в двух исторических психотравмах: Украине и России. Первая – несостоявшаяся польская империя: Речь Посполитая «от моря до моря», большая полиэтничная держава, проект которой рухнул после восстания Богдана Хмельницкого, Переяславской рады и утраты польского контроля над украинскими землями. Вторая – несостоявшаяся польская гегемония в Восточной Европе и стремление стать одной из ведущих европейских держав. На протяжении веков именно Россия оставалась для Варшавы главным препятствием на пути к доминированию в регионе. Сегодня эти травмы сходятся в одной точке. Поэтому для польского политического класса наиболее комфортная ситуация – когда украинцы воюют с русскими. Нам это ещё и заработать можно. И вот этот парадокс мы вчера обсуждали с Генри Сардаряном в его «Генри Шоу». Также поговорили о возможном появлении европейских войск на Украине, саммите БРИКС и других актуальных сюжетах. Полная версия – тут и в комментариях.