СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ. УММА ПРОТИВ ГРАЖДАНСТВА. ТУРАН Две онтологии и их конфликт. Онтология религиозного ислама выстраивает картину мира вокруг оси «верующий — неверующий», «умма — остальной мир». Государственная онтология выстраивает её вокруг оси «гражданин — государство», «мы — внешние противники». Для человека, у которого доминирует первая рамка, события в Газе или в Сирии онтологически ближе, чем, так получилось, события в Донбассе. В Газе страдают «свои по вере», здесь — «свои по паспорту». Гражданская принадлежность во второй рамке не отменяется, но становится в наших реалиях вторичной. Почему поддержка мигрантов укладывается в эту логику? Мигрант-мусульманин воспринимается не как конкурент на рынке труда или носитель чужой культуры, а как член уммы, которому полагается солидарность. Это объясняет, почему часть жителей кавказских республик публично встаёт на сторону приезжих в бытовых конфликтах, даже когда это вызывает напряжение с местным населением. Действует религиозная солидарность, которая большому количеству представителей кавказских народов важнее чем благополучие сограждан других религий, и зачастую важнее закона и его представителей. Если главная референтная группа — умма, то палестинский сюжет переживается куда острее, чем донбасский. Это не обязательно сознательный «выбор против России», чаще это эффект оптики: внимание и эмоциональная вовлечённость распределяются по религиозной шкале, а не по гражданской, снова. Сборы средств, публичные молитвы и посты в соцсетях в поддержку Газы в 2023–2024 гг. звучали в дагестанском и чеченском сегментах заметнее, чем реакция на фронтовые сводки. Показательна и реакция на события в Махачкале в октябре 2023 г., когда аэропорт встречал рейс из Тель-Авива: мобилизующим фактором была именно религиозная солидарность. В драках, конфликтах с участием приезжих часть верующих из кавказских республик занимала сторону мигрантов-мусульман, аргументируя это братством по вере, а не гражданством. В 2012–2015 гг. сотни выходцев с Северного Кавказа уехали воевать в Сирию за ИГИЛ*— предельный случай, когда религиозная онтология полностью перевесила государственную. Тем не менее умма — явление религиозное, её можно хотя бы отчасти примирить с гражданством: верующий и гражданин в одном лице. Туран — явление политико-территориальное: он по определению претендует на пересмотр границ и на выход из состава России. Если умма делает Донбасс «дальше» Газы, то туран делает сам Северный Кавказ «не совсем Россией», и это прямая заявка на отделение. *террористическая и запрещенная организация на территории РФ #дневникиДубравцева #праваяРоссия