Я посмотрел «Шоугерл» с Памелой Андерсон еще прошлой осенью, но много думал о нем в последние дни. Пытался понять, почему он мне не понравился, хотя как будто буквально снят для меня. Нет, cерьезно, там есть все, что я люблю. 1. Я обожаю истории о закрытых женских сообществах (без фетишизации): от тех же «Девственниц-самоубийц» и любой из «Суспирий» до какого-нибудь «Пикника у Висячей скалы». Мои любимые полотна моего любимого Дега показывают танцовщиц во время репетиций или за кулисами. В «Шоугерл» есть много сцен с приготовлениями к шоу и разговорами в гримерке. В общем, красота. 2. Тема шоу. М. М. Бахтин писал о карнавализации и считал карнавал временем и пространством, в котором нарушаются законы обыденной жизни. Я бы сказал то же самое о любом шоу вообще. Мне кажется, любые интертейнеры — немного волшебники, которые позволяют забыть про мир вокруг. Эта магия в фильме тоже есть. Именно ей так одержима героиня Памелы Андерсон, которая выступает со своим шоу последние 30 лет. К моей любимой теме добавляется гламур. Тут я не буду ничего говорить. О своей любви к блесткам и перьям я могу говорить вечно, а их в фильме много. Не меньше я люблю, когда показывают, как трагедия выглядывает из-под блесток. В своей книге «Гламур: История» историк культуры Стивен Гандл пишет: Ослепленная их [шоугерлз] блеском и сиянием, публика не осознавала, что образ шоугерл — это искусственный конструкт, за которым скрывались тяжелый труд, жесткая дисциплина и унижения. И если о том, как набирали исполнительниц на такие роли, говорили часто, то процесс отсева тех, кого признавали слишком старыми или больными для продолжения карьеры, практически не освещался. Лишь отдельные личные трагедии заставляли людей понять, что гламур — это система, а не личное качество, и убеждали обывателей в том, что, возможно, о гламуре лучше мечтать, чем жить им на самом деле. Этот пассаж мог бы быть синопсисом фильма. Он очень сочувственно показывает работяг цеха по производству фантазий, которые не знают, куда девать себя после сцены. 3. Периферия. Я обожаю истории о периферийных людях и всем том, что относится к категории средней паршивости. «Шоугерл» — история не примы («Черный лебедь»), не потерявшей популярность кинозвезды («Бульвар Сансент»), не действующей звезды и ее подрастающей замены («Всё о Еве»), а танцовщицы, отдавшей молодость довольно дурацкому шоу. Главная героиня Шелли, говоря словами ее дочери, пляшет «в последнем ряду среди восьмидесяти голых теток». Тут сразу вспоминается недавно нашумевшее видео «У меня ничего нет, но есть что рассказать». Кто не видел: дядя на пятом десятке рассказывает, что не смог устроить жизнь, потому что (внимание!) потратил молодость на гедонизм и бесконечные романы, дорогу к которым ему открыла популярность в качестве провинциального фокусника — как же это трогательно! Он стал микроселебрити своего городка, и слава вскружила ему голову. Даже Чехов не смог бы лучше. 4. Рефлексия. Мне нравится ситуация, когда актер берется за персонажа, которые позволяет ему осмыслить свою роль в кинематографе вообще или закрепившееся за ним амплуа, как Глория Свенсон в том же «Бульваре Сансет», Деми Мур в «Субстанции», Джейсон Стейтем в «Шпионе» или, само собой, Памела в сами знаете каком фильме. На протяжении всей ее карьеры на нее смотрели исключительно как на бимбо-красотулю, а потом, когда она посмела постареть, тихонько забыли. Увидеть, как Памела (и Шелли) говорит со сцены, что все еще считает себя красивой, было круто (я не буду говорить очевидные вещи типа того, что Памела потрясающе красивая, потому что речь не об оценках публики, а о ее самоощущении). Знаете что: вот вам финт. Хороший фильм, и пошел я нахуй. Я не пытаюсь играть в поток сознания. Правда переоценил фильм, пока писал текст. Всем советую.