Рязанская епархия Русской Православной Церкви

На Елеоне несколько южнее часовни Вознесения Господня, находится древняя пещера. Предположительно она была местом монашеских подвигов и местом погребения преподобной Пелагии. Эта пещера принадлежит мусульманам и находится на территории мечети. Мечеть расположена через дорогу напротив греческого участка. Пещера издавна почитается не только христианами, но и иудеями и мусульманами, причем иудеи считают, что пещера является местом погребения пророчицы Хульды (VII в.), а арабы приписывают ее Реабе Аладия, жившей в ней в VIII веке. В обычные дни служители мечети взимают плату с каждого паломника за посещение пещеры. Однако один раз в году – 21 октября, в день памяти преподобной Пелагии Антиохийской, называемой еще Елеонской и Палестинской, мусульмане позволяют православным христианам бесплатно спуститься в древнюю пещеру, куда ведут крутые ступени. Просторная, почти квадратной формы пещера, стены и потолок которой выложены камнем. Расположенная в полуовальной нише у южной стены "гробница" покрыта зеленым покрывалом. Однако мощей в пещере нет. Эта елеонская пещера, где подвизалась в мужском образе преподобная Пелагия, упоминается уже в древнейших описаниях паломничеств во Святую Землю. Так, в «Хождении Даниила, Русскыя земли игумена» (нач. XII в.) читаем: «На горе Елеонской есть глубокая пещера, близ Вознесения, на юг от него. В этой пещере стоит гроб святой Пелагии-блудницы; тут вблизи расположился столпник, муж весьма духовен…». И грек Иоанн Фока, посетивший святые места в 1185 году, в своем «Сказании вкратце о городах и странах от Антиохии до Иерусалима, также Сирии, Финикии и о святых местах Палестины» писал, что недалеко от места вознесения Спасителя «есть пещера, в которой совершала свои аскетические подвиги святая Пелагия, где и святое тело ее в каменной раке почивает». Много столетий спустя, в 1830 году, русский монах Серапион в своем «Путешествии во святый град Иерусалим» расскажет о «турецкой мечети» и вблизи нее «пещере, в которой спасалась преподобная Пелагия», заметив, однако, что «в сию последнюю турки никого не впускают».