Минцифры наконец-то показало проект закона об ИИ. Гражданам разрешат жаловаться на решения роботов, а нейроконтент обяжут маркировать. Звучит как прорыв. Но давайте честно: это спасёт нас или только создаст видимость борьбы? Авторы статьи сравнили российские инициативы с тем, что уже работает (или не работает) в США, Китае, ЕС и Южной Корее. И картина вырисовывается тревожная: пока одни страны откручивают гайки до отказа, а другие вводят тотальный контроль, наш законопроект рискует повиснуть в воздухе. Главные дыры, которые есть почти везде, — это вопросы ответственности и аудита. Кто заплатит, если беспилотная машина собьёт человека? Разработчик, владелец или сам «чёрный ящик»? И как измерить безопасность нейросети, если каждый тестирует её как хочет? Без ответов даже самый прогрессивный закон останется просто бумагой. Но есть кое-что, о чём молчат почти все чиновники мира. Дети. Пока взрослые спорят о маркировке, игрушки с ИИ уже ведут с малышами откровенные беседы, собирают биометрию и советуют, где взять нож. А в школах нейросети превращаются в универсального списывальщика: доля сгенерированных студенческих работ выросла в пять раз за два года. Китай вводит «детский режим» для ботов и ограничивает общение двумя часами. Отдельные штаты США объявляют мораторий на игрушки-компаньоны. А в нашем законопроекте об этом — ни слова. Получается, что самую уязвимую аудиторию просто оставляют один на один с алгоритмом, который учится на миллиардах взрослых диалогов. Так достаточно ли того, что предложило Минцифры? Или мы снова делаем вид, что главная опасность — где-то в будущем, а не в детской комнате уже сегодня? Ответы — в полной версии материала. 📖 Читать: https://rossaprimavera.ru/article/f0628318 #ИАКВ_аналитика @ia_rossa ✍️ #ИАКВ