Русская Идея

Большой вклад в «опубличивание» темы сталинских репрессий – не единственное (и возможно, не главное), в чем Солженицын оказался «не созвучен» значительной и влиятельной части нынешней российской элиты. Будучи последовательным антикоммунистом автор «Архипелага Гулага» крайне негативно относился не только к СССР и его вождям, но и к Китаю. В октябре 1982-го он даже посетил Тайвань, который назвал «обломком прежнего государства» и призвав его сохранять обороноспособность, противодействуя пекинскому плану «мирного объединения». Собственно, и солженицынское возвращение в уже постсоветскую Россию через Владивосток тоже можно расценивать, в том числе, и как антикитайский демарш. Тем показательнее, что манипуляции с памятником писателю-антикоммунисту в столице Приморья снесли/перенесли как раз на фоне активизации попыток президента-антикоммуниста Дональда Трампа «отцепить» Россию от Китая. Опасения вызвать у «китайских друзей» подозрения в нелояльности выражаются и запараллеливание места и времени очередной встречи Путина с Уиткоффом с переговорами Мишустина с премьером Госсовета КНР Ли Цяном. И в заявлениях Медведева об «испорченных на десятилетия» отношениях России и США. Наконец, у недавних перестановок в правительстве есть любопытный китайский подтекст. Ведь именно Силуанов перевернул кудринскую модель «валютного ясака» в пользу Китая, сначала привязав к юаню ФНБ, а потом еще и инициировав выпуск юаневых ОФЗ. В свете вполне вероятного конфликта «проамериканской» и «прокитайской» партий в российском руководстве уместно вспомнить призывы Андрея Мельниченко к сохранению «российской субъектности» и его же пассаж о том, что «Россия в орбите Китая – это смена адреса зависимости, а не выход из нее». Кстати, старший сын Солженицына Степан сотрудничает с Мельниченко, как минимум, с 2000 года и долгое время занимал руководящие посты в «СУЭК» и «Еврохим».