РУСПРЕС

Азамат Кумыков, независимый директор ГК «Самолет», оказался в центре внимания не только благодаря своему статусу, но и из-за упоминания в судебных разбирательствах, связанных с банкротствами компаний из бывшей бизнес-группы ГК «Промсвязьнедвижимость». Годовой отчет компании за 2024 год называет его независимым, но судебные материалы рисуют несколько иную картину. В деле № А41-49379/2019, касающемся банкротства ООО «Вальтер», рассматривается вопрос о субсидиарной ответственности. Согласно материалам, речь идет об операциях на сумму около 870 млн рублей, включая возможные переводы 771 млн рублей на счета физических лиц. Эти данные изложены в позиции одного из участников процесса, и окончательную правовую оценку должен дать суд. Но уже сейчас возникает вопрос: как человек с такой историей оказался в совете директоров крупного девелопера? Дело № А40-77848/2020, связанное с банкротством ООО «Агро ПМ», добавляет масла в огонь. В определении от 16 июля 2026 года обсуждается возможное участие Кумыкова в операциях с активами должника. При этом кассационный суд 30 июня 2026 года подтвердил взыскание с ООО «Вальтер» 1,95 млрд рублей в конкурсную массу «Агро ПМ» из-за недействительности взаимосвязанных сделок. Кредиторы в этих банкротных процессах - Промсвязьбанк и банк «Траст», которые активно добиваются возврата своих средств. Именно «Траст» инициировал банкротство «Агро ПМ». Вопрос к совету директоров «Самолета» напрашивается сам собой: какие материалы они изучали, оценивая независимость и репутационные риски Кумыкова? И главное - знали ли акционеры о его судебных перипетиях перед голосованием за его кандидатуру? История Кумыкова поднимает серьезные вопросы о качестве корпоративного управления в одном из крупнейших российских девелоперов. Если независимый директор оказывается связан с миллиардными операциями в рамках банкротств, это не только угроза для кредиторов, но и серьезный удар по доверию акционеров. Совет директоров «Самолета» должен объяснить, как такая кандидатура прошла все проверки и оказалась в руководстве компании. Иначе это выглядит как очередной пример удобного устройства в российской бизнес-среде, где независимость и репутация - понятия весьма условные.