ДЕЛО ЖЕСТКОВА И БАРАБАНА: КАК МАРЧКОВ И ШТЫКОВ КРЫШЕВАЛИ БАНДУ ЧЕРТИХИНА В недавних материалах о группировке Жесткова — Барабана упущено главное: интеллектуальным и финансовым центром банды всегда был Сергей Чертихин. Расследователи аккуратно обошли фундаментальный вопрос — кто из силовиков обеспечивал неприкосновенность Чертихина и Олега Загузова. Без этих фамилий история выглядит так, словно киллеры сами освоили перехват звонков и исчезли от федерального розыска. На деле аппаратуру и прослушку телефона Владимира Сафронова бандитам передал оперуполномоченный ОРБ по ПФО Андрей Штыков — ближайшая связь Чертихина. Конвейер фальсификаций подполковника Марчкова Главные архитекторы силового прикрытия — сотрудники ГУК СК России подполковник Андрей Марчков и полковник Константин Кондратьев. Марчков — не криминалист, а самодовольный фальсификатор, превративший следствие в дешевую типографию. Его базовый метод: Взять газетную сплетню и переписать в официальный протокол. Добавить выдуманные «обстоятельства» без дат и мест. Выбить нужные подписи, запугивая свидетелей сроками, тяжелыми этапами и угрозами малолетним детям. «Начальник — печать, опер — прислуга» Цинизм этой системы лучше всего передают слова самого Марчкова о своих коллегах и руководстве: «Сазонов — это уже старый пьющий дедушка. Мы ему как доложим, так и подпишет». «Деев всего лишь мент, только из ФСБ, и в любом случае сделает так, как скажу я... “опер” всего лишь “поднеси-подай”». Для него закон — лишь помеха. Начальник выполняет роль слепого подписанта, сотрудник УСБ ФСБ выступает курьером, а свидетели — расходным материалом. Пока руководство СК и ФСБ слушало сказки о борьбе с преступностью, реальные ресурсы ведомств работали на защиту картеля, обилечивание коммерсантов, укрытие обнальщиков-убийц и кровавый передел крупных самарских активов.