Кафедра истории русской философии | ИРФ МГУ

Смерть русского философа, первого выборного ректора Московского императорского университета князя С.Н. Трубецкого, пришедшаяся на неспокойное революционное время, по воспоминаниям многих современников, привлекла огромное внимание студенчества и представителей интеллигенции. К похоронной процессии, которая направлялась от Николаевского вокзала [ныне Ленинградский] в сторону Донского монастыря, примкнули и те, кто желал превратить траурное шествие в революционную демонстрацию. По воспоминанием «Записки русского интеллигента» физика В.Д. Зёрнова, который в своё время «записался членом философского студенческого общества» и принимал участие в «студенческой» поездке в Грецию, выступавшего живым свидетелем событий тех лет: когда гроб несли из университета в Донской монастырь, похоронная процессия всё же обратилась в политическую демонстрацию. Молодёжь пела революционные песни, что для семьи С.Н. Трубецкого было очень тяжело. Княгиня несколько раз просила студентов прекратить демонстрацию, но это был 1905 год, и никакие u уговоры не действовали. Из дневника Н.Н. Вокач, периодически вспоминавшей о недавней смерти С.Н. Трубецкого, по всей видимости, глубоко её поразившей, становится известно, что она также принимала участие в этой процессии. Пытаясь осмыслить феномен толпы и не совсем удачно (хотя отчасти проявление стихийности было присуще массовому шествию) обращаясь к вышеупомянутым событиям, она писала: Я никогда не могла слиться с толпой, даже в самом простом, элементарном чувстве. Я всегда чувствую полную от неё отчуждённость. Когда я шла за гробом Трубецкого, меня всё время грызло это чувство. Как далеки эти люди, кругом меня, зачем я с ними? У них другие чувства, зачем мы вместе? В этом случае ещё нет «толпы», о которой я говорила выше, заметьте это. Поэтому я осуждаю себя. Не то слово…