Охранитель

Об авторском праве Множество споров по этому вопросу возникло после снятия с предвыборной гонки в Государственную Думу партии «Яблоко». Кроме того, сейчас из-за авторского права судится кандидат в депутаты Михаил Матвеев, которому выкатили претензию за использование шрифтов Microsoft в своих социальных сетях. Немало людей считают, что это какая-то новая фишка — бегать и судиться с авторскими правами, однако погружённым в тему людям, например журналистам и главным редакторам сайтов, давно известно, что в России уже давно происходит бум «юридического экстремизма», основанного на авторском праве. Суды рассматривают сотни дел, например, о фотографиях, которые внезапно удалили из стоков, а теперь пытаются взыскать деньги за их использование. При этом фототролли, по аналогии с патентными, бомбят исками не только журналистов, но и вообще всех подряд: турфирмы, государственные учреждения, представители медиабизнеса и так далее. Так что проблема с авторским правом для России не нова, напротив, на ней весьма активно зарабатывают. Другое дело, что из этого никогда не устраивали новость федерального масштаба. В России за последние годы выросла целая индустрия, которая паразитирует на несовершенстве законодательства и наивности ответчиков: люди и организации массово используют фотографии, шрифты, музыкальные фрагменты и прочий контент, не особенно задумываясь о том, кто является его правообладателем. А профессиональные истцы этим пользуются, превращая судебные иски в стабильный источник дохода. Схема проста до безобразия: либо ты сам покупаешь права на некий материал, либо представляешь того, кто их купил, а дальше начинаешь методично выискивать нарушителей по всему интернету. Нашёл — подал досудебку, предложил мировую, получил деньги. Не согласились — пошёл в суд, где выигрыш практически гарантирован. Система построена так, что процесс выигрыша в суде стал настолько простым и отлаженным, что им грех не пользоваться. По стране бродят сотни, если не тысячи людей, для которых подача исков о защите исключительных прав — это не борьба за справедливость, а самая настоящая работа: с утра мониторишь сайты, в обед рассылаешь претензии, вечером считаешь поступления по мировым. Крайне доходный бизнес, особенно если учесть, что по таким делам суды часто назначают компенсации, значительно превышающие реальный ущерб, потому что закон позволяет требовать от десяти тысяч до пяти миллионов за каждый случай нарушения. И вот когда речь зашла о политике, люди, далёкие от темы, вдруг открыли для себя целый пласт юридического безумия, который существует уже много лет и давно стал нормой. То, что сейчас эту кухню вынесли на всеобщее обозрение в контексте выборов, — это не появление новой проблемы, а, скорее, долгожданная публичная огласка того, что в узких кругах известно давно. Другое дело, что от этой огласки проблема вряд ли решится: слишком уж удобным инструментом оказались авторские права для решения самых разных задач — от банального заработка до политической борьбы и сведения счётов. И пока закон работает так, как он работает, этот «юридический экстремизм» будет только расширяться, захватывая всё новые сферы. Сегодня — шрифты в телеграм-канале, завтра — что-нибудь ещё более абсурдное. И все будут судиться, платить и удивляться, хотя удивляться-то надо было давно, когда первый фотограф-истец отсудил у какой-нибудь газеты компенсацию за снимок, который ему самому был не нужен.