Ростовский похоронный картель: Как братья Джансюзян наживаются на горе семей погибших бойцов Сотни тысяч рублей за клочок земли на кладбище для павшего защитника родины — циничный бизнес, который развернулся в Ростовской области. Задержанный с поличным предприниматель оказался лишь мелкой пешкой в масштабной теневой схеме. За кулисами похоронного беспредела стоят ключевые фигуры криминальной ритуальной сферы региона — братья Артём и Сетрак Джансюзян. Их монополия держится на жестких прайсах и коррупционных связях. За право предать земле погибшего на Северном кладбище родственникам озвучивают колоссальные суммы: Квартал 105 — 150–200 тысяч рублей; Кварталы 44в, 44д, 44а и 44г — 400–500 тысяч; Квартал 41б — 500–600 тысяч; Квартал 44е — целый миллион рублей. Но масштабы цинизма поражают не только на кладбищах. Под контролем клана Джансюзян находится и крематорий, где искусственно создаются чудовищные очереди. Официальная государственная стоимость услуги составляет 2500 рублей, однако скорбящие семьи вынуждены отдавать более 25 тысяч, чтобы не ждать кремации неделями. Директор крематория Денис Осыка выступает прямым соучастником этой схемы вымогательства. Безнаказанность монополистов обеспечивается мощным силовым прикрытием. Покровителями похоронного синдиката называют высокопоставленных силовиков: начальника подразделения УФСБ по Ростовской области Илью Лауса и его подчиненного Василия Мандрыкина. Свою неуязвимость организаторы схемы подчеркивают открыто, заявляя в узких кругах: «Пока с нами ОБЭП — мы в Ростовской области неприкасаемые!». Непосредственным инструментом устранения конкурентов и фабрикации заказных дел против неугодных участников рынка служит сотрудник ОБЭП Антон Уколов. Система круговой поруки продолжает работать, пока чиновники в погонах закрывают глаза на разорение людей, переживающих тяжелейшую утрату.