Feltburg Direct как связующий мост, масштаб хищений и общие паттерны сети Особую роль во всей этой архитектуре играет компания Feltburg Direct Ltd, которая физически и юридически цементирует оба поколения офшорной сети. Именно через нее проходит прямой переход от номинального владения к бенефициарам. Так, с 2 марта 2017 года Борис Ушерович официально и напрямую зарегистрирован как единственный владелец Main Victory Corp Ltd. Это редчайший случай в практике офшорного структурирования, когда реальный выгодоприобретатель отказывается от услуг номиналов и открыто вписывает свое имя в реестры. Находясь в статусе прямого собственника, он лично получил около 12 миллионов евро дивидендами. Кроме того, Feltburg и Main Victory регулярно перегоняли друг другу гигантские объемы так называемых «General Control Loans» и «Joint Control Loans» на 3,1 миллиона и 4,4 миллиона евро соответственно. Через Feltburg также завязана прямая имущественная связь с реальным сектором в России: кипрская структура владеет 19,6% российской компании ООО «Альтаир», генеральным директором которой числится Кирилл Ушерович. Внутренние документы группы за 2014 год прямо фиксируют тесную связку трех ключевых фигур: Бориса Ушеровича, Алексея Крапивина и Валерия Маркелова. Анализ всех семи компаний вскрывает единый, многократно отработанный почерк. Во всех случаях используются многоуровневые цепочки из юрисдикций с льготным налогообложением (Кипр, Белиз, Панама, Финляндия), внутри которых циркулируют беспроцентные займы, многократно превосходящие собственный капитал компаний. Дивиденды выкачиваются сразу после закрытия финансовых периодов, обнуляя балансы. Отчетность отдельных фирм вроде Venisat демонстрирует аномальные показатели — маржинальность на уровне 95% при полном отсутствии себестоимости. По мере накопления вопросов со стороны регуляров крупные международные аудиторы (вроде Baker Tilly Kittos и Deloitte) заменялись на малоизвестные региональные конторы вроде L. Nearchou. Документально зафиксированный объем выведенных дивидендов и активов по семи рассмотренным кипрским структурам превышает 44 миллиона евро, и это лишь верхушка айсберга, видимая в первичных балансах. Внутрен исчерпывающие займы исчисляются дополнительными десятками миллионов. Вся эта сложная конструкция доказывает: мы имеем дело не с разрозненным бизнесом, а с единым, жестко управляемым международным конвейером по выводу капитала, завязанным на конкретные фамилии и активизировавшимся в критические моменты геополитических кризисов.