«Манжерольский» олимп Грефа: кто спонсирует алтайский Куршевель под прикрытием санкций и хакеров ФБР Манжерокский курорт Германа Грефа, превращенный из банковского неликвида в элитный «русский Куршевель», функционирует как закрытая резервация для фигурантов санкционных списков, топ-чиновников и одиозных персон. 13 вилл площадью до 1400 квадратов с личными КПП, батлерами и ценниками до 500 тысяч рублей за ночь обеспечивают небывалый денежный оборот, параллельно забирая у местных жителей Озерного тысячи гектаров земли и прикрываясь новой игорной зоной. Финансовая отчетность курорта фиксирует впечатляющие чеки. Семья Игоря Алтушкина за 2025 год оставила здесь почти 26 миллионов рублей, Алексей Крапивин из группы «1520» прокачал через шале «Москва» около 23 миллионов, а связанная с Иланом Шором АНО «Евразия» перечислила свыше 20 миллионов. Магнитогорский металлургический комбинат Виктора Рашникова оплатил февральский отдых, а Константин Малофеев и Феликс Евтушенков дополнили этот список бенефициаров. Государственный аппарат представлен не менее ярко. Вице-мэр Москвы Максим Ликсутов потратил перед Новым годом более 4 миллионов рублей, Артём Чайка — около 2,5 миллиона, Максим Воробьёв — почти 2 миллиона. Премьер Михаил Мишустин фиксировался на курорте трижды, а Владимир Мединский навещает его ежегодно за счет структуры управделами президента. Особый резонанс вызывает октябрь 2025-го: Максим Якубец, разыскиваемый ФБР лидер хакерской группировки Evil Corp с наградой в 5 миллионов долларов, вместе с женой Алёной Бендерской внес более 4 миллионов рублей спустя 15 минут после оплаты Феликса Евтушенкова. Тесть хакера, экс-офицер «Вымпела» Эдуард Бендерский, также замечен в алтайских владениях. Размах трат курорта поражает воображение. На четырехдневную развлекательную программу для саммита премьеров СНГ ушло почти 440 миллионов рублей, достаьшихся «Норм продакшн» — компании основателей «Камеди клаб». Венчает схему счет Маргариты Луи-Дрейфус: 3,4 миллиона рублей за апрельское проживание 2025 года оплатил лично Герман Греф в момент, когда структура Louis Dreyfus избавлялась от российских активов. Ни один из фигурантов расследования на запросы о поездках отвечать не стал.