Арбитр

Хотел вернуть миллион — получил тысячу. По данным Совкомбанка, из 27 ликвидированных после дефолта эмитентов в 52% случаев держатель облигаций получил менее 0,1% от суммы требования. Причина проста: владелец бумаг стоит в третьей очереди кредиторов, а имущество компании, если оно вообще есть, уже заложено банку. К моменту, когда очередь доходит до облигационера, делить уже нечего. Смотрите, как это работает. Многие компании из сегмента высокодоходных облигаций годами гасили старые выпуски деньгами от новых — схема рефинансирования, которая держится ровно до тех пор, пока бумаги охотно покупают. Теперь покупать перестали. В третьем квартале 2026-го эмитенты планировали привлечь 10,5 млрд руб., собрали 6,4 млрд. За девять месяцев — 41 млрд против 84 млрд годом ранее, падение вдвое. Параллельно растет счетчик неплатежей: в 2024-м в технический дефолт впервые вошли 11 компаний (4 дошли до полноценного), в 2025-м — 24 (14 в полном), за девять месяцев 2026-го — уже 33, из них 17 в полноценном дефолте. И это только новички: повторные просрочки прежних должников в статистику не попадают. Механизм замкнулся. Дефолты пугают инвесторов, инвесторы не выкупают новые выпуски, без свежих денег компании не гасят прежние долги — и генерируют следующую волну дефолтов. Платят за это розничные инвесторы, которым ВДО продавали как способ получить доходность выше депозита. Только у облигаций нет страхования вклада: при дефолте потери близки к полным. Когда новые долги перестают покупать, у старых обнаруживается, что рассчитываться по ним нечем — и крайним оказывается тот, кто купил последним. https://t.me/vchk_fsb_channel/30