И язык-то по себе плоховат, грубенек, пахнет татарщиной. Что за ы, что за ш, что за щ, ший, пры, тры? О, варвары! (Константин Батюшков в письме к Николаю Гнедичу). Со времен петровской вестернизации русских мыслителей и поэтов волнует фонема ы – как своим звучанием, так и внешним видом буквы. И популярна мысль о том, что «ы» будто бы какая-то специфически азиатская, что, конечно, неправда. Неогубленный гласный среднего ряда верхнего подъема, как называется звук, передаваемый буквой ы, и практически неотличимый от него для русского уха неогубленный гласный среднего ряда средне-верхнего подъёма, встречаются примерно в десятке европейских языков. Особенно прикольно это звучит в континентальном варианте португальского. При чем здесь карты, спросите вы. А вот при том, что еще в XIX веке, когда не устоялось системы транслитерации русского языка, русские топонимы с «ы» передавали на европейских языках весьма своеобразно. Вот, к примеру, на голландской карте с прошлой недели массив Лысогуры (Łysogóry) в Польше обозначен как Lijsa Gora. За основу взято, очевидно, русское наименование, а не польское, а ы передано как ij (звучит примерно как «эй»). А вот еще пара примеров: с карты, украшающей собой бальный зал усадьбы Рукавишниковых в Нижнем Новгороде. Мышкин передан как Mouichkin (Муишкэн), а Вышний Волочек – как Voiuchneï Volotschok (Вуишнэй Волотшок). В принципе, если долго попроизносить, начинаешь даже верить, что похоже. Кстати, польский звук, обозначаемый буквой y, – это и есть тот самый гласный средне-верхнего подъема (замена его русским ы – одна из тех вещей, что создают русский акцент в польском). Но именно y и используется в стандартной транслитерации всех восточнославянских «ы». Удивительно, что в наше время это знание, похоже, теряется. И названия сайтов «всеинструменти.ру», «караваеви.ру» или «подрыгка.ру» никого уже не шокируют. «У как русское у», блин.