ВЧК-ОГПУ

В предыдущей публикации мы намеренно сосредоточили внимание на Алине Алексеевне Павликовой, представив её в контексте бракосочетания со следователем ГСУ Ильёй Владимировичем Аладинским. Теперь раскроем вторую часть этой истории: невестой Аладинского является Дарья Вячеславовна Иванова, тогда как Павликову связывают с ним предполагаемые внебрачные отношения. Последовательное раскрытие этих обстоятельств позволяет перейти к вопросам, представляющим значительно больший общественный интерес. Иванова, как и Павликова, работает в ГСУ. Именно Иванова вела уголовное дело в отношении проекта «Солярис». В рамках расследования под стражу были заключены 32-летний Михаил Сейфетдинов, ранее работавший в Министерстве обороны, и 43-летний Кирилл Миронов, бывший сотрудник ФСБ, которого называют владельцем сервиса «Солярис». В дальнейшем расследование охватило других фигурантов и связанные проекты. Отдельное производство по ст. 210 УК РФ было возбуждено и соединено с основным делом. Беспрецедентная для дела о сервисе пробива квалификация: статью, применявшуюся к таким ОПГ, как «Ореховская», «Солнцевская» и «Тамбовская», теперь вменяют фигурантам дела о Telegram-боте. На этом фоне возникают вопросы о судьбе проекта «Химера» («Одиссей-Инфо»). Почему он был исключён из числа проектов, фигурировавших в расследовании? Какую роль в этом решении сыграли Иванова и руководство следствия? Документы, касающиеся обстоятельств исключения «Химеры», могут пролить свет на причины такого решения. Далее — сотрудники УБК Зеленов и Николайченко, заключённые под стражу по делу о предполагаемом получении взятки за обещанное «решение проблем» других фигурантов. Речь идёт о перечислении денежных средств через связанные с ними ИП и юридические лица. В период с 17 по 26 июня 2026 года была прекращена деятельность четырёх из пяти упомянутых ИП. При этом обещанная помощь, как утверждается, оказана не была. За этим последовали требования дополнительных выплат, а после отказа — давление на родственников фигурантов. Остаётся установить, кто инициировал эти действия, в чьих интересах они осуществлялись и существовала ли связь между коммерческими требованиями и ходом уголовного преследования. История «Соляриса» и «Химеры» далеко не исчерпывается обстоятельствами отдельных уголовных дел. Главные вопросы касаются решений, которые принимались за их пределами, и интересов тех, кто мог за ними стоять.