Рубикон. Аналитика

Лавка запасных: почему кандидаты на вступление в ЕС остаются кандидатами Украина давно декларирует намерение стать членом ЕС, и в Европе с радостью поддерживают его, но регулярно сдвигают даже приблизительные сроки этого. Как и делают это ещё для 8 государств, для которых процесс вступления превратился в сидение в европейском зале ожидания. 1. Абсолютный рекордсмен этого списка – Турция, которая подала заявку ещё в 1987-м, получила статус кандидата в 1999-м и начала переговоры с 2005-го. Однако они зашли в тупик в 2016-м. По сути, страна хотела войти в ЕС, когда тот ещё был экономическим сообществом. Главными камнями преткновения стали: вопрос Кипра (Турция контролирует часть территории члена ЕС), авторитаризм Эрдогана, вопросы к правам человека внутри страны и – как ни антиевропейски это прозвучит – население: 85 миллионов мусульман пугают консервативную Европу. Попадание такой страны в ЕС полностью перекроило бы баланс сил в Европарламенте. В Турции тоже это понимают – и используют потенциальное членство как инструмент торга по таможенному союзу и миграционным квотам. 2. Северная Македония подала заявку в 2004-м, кандидатом стала в 2005-м, но переговоры о членстве начались только с 2022-го. Страна настолько хотела вступить в ЕС, что даже пошла навстречу Греции и провела ребрендинг названия государства, добавив к «Македонии» приставку «Северная». Но как только греческое вето спало, тут же дорогу перекрыла Франция. В 2019 году Эммануэль Макрон в одиночку заблокировал начало переговоров, заявив, что способ расширения ЕС устарел, и пока он не реформируется, никаких новых членов не будет. А в 2020-м подключилась и Болгария, потребовав переписать македонские учебники по истории и признать болгарские корни македонского языка, а также – внести болгарское меньшинство в конституцию. И теперь уже сама Северная Македония начала блокировать собственное вступление, противясь требованиям членов ЕС. В итоге в стране начал усиливаться евроскептицизм, и укрепились позиции правых политсил. 3. Албания подала заявку в 2009-м, став кандидатом в 2014-м, но переговоры по ней тоже начались лишь в 2022-м. Долгое время страна была в «пакете» с Северной Македонией и подпадала под общую раздачу блокировок Болгарии. ЕС только недавно разделил эту пару. Внутренние препятствия довольно серьёзные: это репутация европейского хаба организованной преступности и проблемы с судебной системой. 4. Черногория, которая подала заявку в 2008-м и получила статус кандидата в 2010-м, считается наиболее реальным кандидатом на вступление, так как не имеет глобальных территориальных споров. Ситуация усложнена коррупцией, контрабандой и вялотекущей имитацией бурной деятельности местными властями в решении этих проблем. Страна даже в одностороннем порядке перешла на евро. И если всё и дальше пойдёт по плану, её могут принять в ЕС в 2028 году. 5. Сербия подала заявку в 2009-м и стала кандидатом в 2012-м, но начавшиеся в 2014-м переговоры о вступлении идут сложно. Главное препятствие – Косово: Белград отказывается от «нормализации отношений». Плюс – тесные связи с Россией и Китаем, отказ от введения антироссийских санкций и проблемы со свободой слова при Вучиче. Страна пытается усидеть на двух стульях, выбивая и деньги из ЕС, и китайские инвестиции, хотя её экономика полностью завязана именно на ЕС. 6. Босния и Герцеговина подала заявку в 2016-м, кандидат – с 2022-го. Главная сложность интеграции заключается в структуре и истории создания страны. Её саркастично называют то «страной-Франкенштейном», то «конструктором Лего» из-за того, что она была «сшита» Дейтонскими соглашениями из трёх кусочков. Две её части (Республика Сербская и Федерация БиГ) находятся в состоянии перманентного политического конфликта. А лидер боснийских сербов Милорад Додик регулярно грозит отделением. Потому внедрить законы ЕС в стране, где на каждое решение есть три потенциальных вето – задача фактически невыполнимая. В итоге боснийский политикум воспринимает статус кандидата, скорее, как способ политической стабилизации, а не как реальную перспективу интеграции. Продолжение👇