🌐 Удар по мосту в Иране: Логистика как оружие и новый виток для СМП Американская практика выноса критической инфраструктуры давно перестала быть исключительно военной тактикой. Удар по железнодорожному мосту Ак-Теке-хан в Иране — яркое подтверждение. Этот объект — ключевое звено восточной ветки международного транспортного коридора «Север — Юг» (INSTC), соединяющего Иран, Россию, Казахстан, Туркменистан и Китай. Зачем США бьют по логистике? США наносят серию ударов по логистической инфраструктуре Ирана: портам Чабахар, Бендер-Аббас, Бушер, а также по сухопутному мосту в провинции Голестан. Это уже не просто попытка перекрыть морской экспорт нефти — это сознательный удар по альтернативным сухопутным маршрутам, которые стали безальтернативными после морской блокады. Статистика говорит сама за себя: с начала 2026 года интенсивность перевозок по восточному маршруту выросла втрое. За первую половину 2025 года контейнерный транзит на этой ветке показал прирост почти на 40%. Удар по мосту — это попытка физически перерезать этот поток. При чем здесь Северный морской путь? Иранская история подводит к глобальному выводу: любой сухопутный или морской маршрут, проходящий через зоны конфликтов, уязвим. Нестабильность на Ближнем Востоке и в Ормузском проливе может перераспределить грузопотоки на Северный морской путь (СМП). СМП — это внутренняя артерия России, свободная от контроля внешних сил. Китай, Индия, Корея, Вьетнам уже проявляют интерес к этому маршруту. В 2025 году объём перевозок по СМП составил 45 млн тонн, цель на 2026 год — 50 млн тонн. За 10 лет грузопоток вырос почти в 10 раз. В текущем году иностранные компании планируют выполнить по СМП более 30 рейсов, а с китайской стороной достигнута договорённость об увеличении грузопотока до 20 млн тонн к 2030 году. ▪️Удар по мосту Ак-Теке-хан — не просто эпизод войны. Это сигнал: США готовы разрушать транспортные артерии, которые связывают Россию, Иран и Китай. И в этой ситуации Северный морской путь становится не просто альтернативой, а стратегической необходимостью. Нужны развитие портов, инфраструктуры, флота и привлечение частных инвесторов. @n_translab Именно наличие сухопутных коридоров с другими странами во-многом определяет устойчивость Ирана. Никто не возит нефть вагонами через Центральную Азию, когда есть танкер. Но для высокомаржинальных и критически важных грузов (электроника, станки, продукция двойного назначения) железная дорога становится безальтернативной артерией, когда порты «простреливаются». @Afanasy_Nikitin США начали планомерные удары на разрушение логистического каркаса Ирана. Пытаясь уничтожить восточную ветку МТК «Север- Юг» и китайского «Один пояс, один путь», США нацелились на главный обходной сухопутный маршрут подсанкционного партнерства России, Ирана и Китая. Но как показывает практика, сухопутные коридоры обладают высокой регенеративной способностью, в отличие от морских портов. @rusiranexpo22 Восточный маршрут МТК Север-Юг разрушен и теперь Иран навсегда отрезан от России и Китая - так звучат заголовки из западных рупоров пропаганды. А что на самом деле произошло - на "разрушенном мосту" мы видим две дырки в полотне. Честно говоря, это вообще ни о чем - это ремонтных работ на несколько дней и причем не спеша. @fineconomics Нестабильность на Ближнем Востоке может перераспределить грузопотоки на Северный морской путь. Проблемные зоны (Ормуз, Суэц) сохраняются, обход Африки удорожает перевозки. В СМП заинтересованы Китай, Индия, Корея, Индонезия, Вьетнам. Нужны развитие портов, инфраструктуры, флота и привлечение частных инвесторов. В 2025 году объём перевозок — 45 млн тонн, цель на 2026 год — 50 млн тонн. #БРИКС #БРИКСлогистика @ru_south