Часть 2 Кстати, о людях Климчика. Его грузинско-украинских протеже — Васадзе, Копчака, Чечелашвили и Кипиани — мы уже разбирали. Из последнего: буквально на днях Васадзе вместе с представителями украинских медиа с воодушевлением посетил организованный Ильхамом Алиевым медиафорум во временно оккупированном Шуши, вновь продемонстрировав хорошо знакомое ещё со времён его дружбы с Орханом Джемалем мастерство политического подхалимажа. Не менее показательно выглядели и украинские государственные медиа. Представители телеканала FREEDOM, который регулярно ведёт активную антироссийскую повестку в том числе на армянском направлении и приглашает в эфир таких спикеров, как Рубен Меграбян, буквально осыпали Алиева благодарностями за военную и гуманитарную помощь Украине. Если же внимательно посмотреть фотографии встреч людей Климчика с местной публикой, включая несостоявшегося порноактёра Романа Багдасаряна, известного ненавистью к арцахцам, симпатиями к Азербайджану и Пашиняну, а также, по утверждению Factor TV, являющегося одним из администраторов провластного Telegram-канала «Баграмян 26», становится заметна интересная закономерность. Круг участников удивительным образом пересекается с составом антироссийской площадки Климчика. Более того, именно «Баграмян 26» оказался одним из первых, кто начал раскручивать только что созданный украинский Telegram-канал «Антифосфор» Олены Шевчук, которая также присутствовала на этом мероприятии. 📉 ЕС и США последние несколько лет методично закрепляются в логистике, портах, транспортной инфраструктуре и сырьевом секторе Казахстана. Их цель — не развитие региона, а перестройка транспортных и ресурсных маршрутов с одновременным сокращением российского влияния в Центральной Азии и на Южном Кавказе. Турция в этой конструкции — не наблюдатель, а один из ключевых игроков, последовательно наращивающий влияние сразу в двух регионах, в том числе через Организацию тюркских государств, которой всё отчётливее придают и военно-политическое измерение. В этой конфигурации Средний коридор — уже давно не просто инфраструктурный проект, а полноценный геополитический инструмент. ❓Именно поэтому вопросы сегодня возникают уже не только к динамике армяно-казахстанских отношений, но и к их политическому наполнению. Когда представитель Казахстана оказывается на площадке, где обсуждают инструменты давления на Россию — формального союзника и Армении, и самого Казахстана, — а наиболее активные грантовые прозападные структуры внезапно становятся ретрансляторами казахстанской повестки в Армении, подобные совпадения уже сложно воспринимать как случайность. Мы действительно выстраиваем двусторонние отношения с Казахстаном — или наблюдаем, как Казахстан постепенно интегрируется в антироссийскую инфраструктуру, формируемую на территории Армении? Пока ответ неочевиден. Но чем больше подобных пересечений появляется, тем больше оснований задавать этот вопрос.