Россия не Европа

Политические амбиции Турции сдерживаются её слабой экономикой. «Россия не Европа» специально для канала «Что делать?» Турецкая экономика, несмотря на международную активность Анкары, находится в сложном положении. Страна приняла 152-ю Ассамблею Межпарламентского союза (1500 парламентариев из 126 стран), V Анталийский дипломатический форум (6400 представителей из 150 государств). Вслед за ними в Стамбуле развернулась выставка вооружений SAHA Expo 2026. Впереди маячат саммиты Организации тюркских государств (ОТГ) и НАТО. Анкара по итогам этой «дипломатической карусели» наверняка рассчитывает расширить свое влияние и показать, что она – тоже мировая держава. Официальные лица называют предстоящий саммит НАТО в Анкаре «критическим рубежом» для архитектуры глобальной безопасности, а частоту проведения встреч ОТГ – доказательством консолидации тюркского мира. Сам Эрдоган позиционирует эту гиперактивность как часть амбициозного внешнеполитического проекта, где Турция выступает в роли нового центра силы. Однако за парадным фасадом скрываются всего лишь нереализованные комплексы Эрдогана. Он готов тратить сотни миллионов лир на внешний лоск несмотря на то, что экономика страны задыхается от инфляции. Действительно, положение дел в турецкой экономике, мягко говоря, не радужное. Турецкий институт статистики опубликовал данные по инфляции за апрель: месячная инфляция составила 4,18% (прогноз – 3,28%), годовая – 32,37% (прогноз – 31,25%). Прогноз инфляции в Турции на 2026 год повышен до 30%. Предыдущий прогноз составлял 28,5%. Лидер турецкой оппозиции Озгюр Озель заявил, что из-за Эрдогана скоро вместо «африканская инфляция» начнут говорить «турецкая инфляция». Конечно, нельзя однозначно говорить о крахе турецкой экономики, так как ситуация в ней сложная и зависит от множества факторов. Однако главная проблема экономики страны – качество роста. За последние годы экономика опиралась в первую очередь на внутреннее потребление, стимулируемое дешёвыми кредитами и разовыми соцвыплатами. После смены курса в 2023 году акцент сделан на инвестиции и экспорт, но это требует времени и уверенности инвесторов, которой пока нет в полной мере. При этом индекс потребительских цен (ИПЦ) в Турции за прошедший месяц увеличился до 32,37% в годовом исчислении. В апреле индекс вырос на 4,18%, тогда как экономисты прогнозировали рост на 3,19%. В марте 2026 года Турция зафиксировала дефицит внешней торговли в размере $11,2 млрд. Дефицит вырос на 56% по сравнению с мартом 2025 года. В стране сложная демографическая ситуация. Турция провалилась по рождаемости. В период с 2013 по 2023 год суммарный коэффициент рождаемости (СКР) в Турции продемонстрировал драматическое падение – с 2,11 до 1,51 ребёнка на женщину. Эрдоган охарактеризовал ситуацию как катастрофическую, и его оценка имеет под собой веские основания: Турция занимает первое место среди 34 европейских стран по темпам снижения рождаемости. Всё это делает как нельзя более актуальной реализацию проекта «Великий Туран». Построение Новой Османской империи (включение Турции в первый эшелон великих держав) возможно только после построения «Великого Турана» – пантюркистского проекта, который даст возможность активно использовать ресурсы тюркских стран, прежде всего Средней Азии и Закавказья, для удовлетворения великодержавных амбиций Турции. Однако параллельная реализация этих проектов приводит к тому, что оба они могут потерпеть крах. Тут нужна филигранная точность. Поэтому правительство Эрдогана стремится избежать немедленного вступления в иранскую войну, поскольку затяжная война может полностью подорвать силы Турции. Внутренняя слабость, а не «отсутствие агрессии» заставляет Турцию вести очень осторожную внешнюю политику и в отношении России, не провоцируя открытые столкновения. Однако можно не сомневаться, что при первой возможности Анкара возьмёт под свой контроль те участки зоны нашей географической безопасности, в которых значительно ослабнет наше присутствие. Собственно, этим она и занимается уже сегодня, что видно на примере Армении и активной интеграции ОТГ.