Россия не Европа

Игорь Сергеевич Шишкин отмечает: в российском медиапространстве не утихают восторги в связи с решением Трампа, объявившего в Стратегии национальной безопасности Западное полушарие исключительной зоной влияния США, возродить в обновленном виде доктрину Монро. #Внешнеполитическая_сфера_США #США Ура! Мы же говорили - Трамп изоляционист. Трамп сторонник многополярного мира. Трамп будет строить в Западном полушарии «Крепость Америка». Грядет раздел мира между Трампом, Путиным и Си… Трамп намерен создать «Крепость Америка», под непробиваемым противоракетным «Золотым куполом», чтобы оттуда, пользуясь полной неуязвимостью и колоссальным военным превосходством (1,5 триллиона долларов на военные расходы в следующем году), контролировать и грабить весь остальной мир. Хотя, конечно, можно закрывать на это глаза и продолжать прыгать от радости, уверяя себя и остальных, что Трамп в соответствии с Доктриной Донро строит «Крепость Америка», как основу многополярного мира, который он поделит с Россией и Китаем, а потому давайте не будем мешать Трампу строить «Крепость Америка» и давить Венесуэлу, давить Кубу. Грядущая сфера влияния все окупит. О том, что никакая «Ялта-2.0» сегодня в принципе невозможна мы писали ранее. Трампу, если он, конечно, не лишился рассудка, нет никакого смысла заключать равноправный договор с Россией, а тем более – делить с ней сферы влияния. Сам Трамп, вопреки расхожему мнению, никогда не являлся изоляционистом – курс на сдерживание Китая свидетельствует об этом. Другое дело, что, в отличие от Байдена, Трамп не пытается распылить силы на решение сразу нескольких задач (одновременное сдерживание России и Китая, например), а стремился сконцентрироваться на решении главной – противодействии «китайской угрозе». Однако и в этом случае ему необходимы гарантии того, что европейские союзники будут активно сдерживать Россию, предоставив США свободу действий на китайском направлении. Доктрина Монро возникла более 200 лет назад (1823), когда США попросту не имели сил не только для того, чтобы организовать агрессию в Европе, но и для того, чтобы успешно защищать от европейцев свою территорию. Это показала англо-американская война 1812-1815 гг., которую американцы называют второй войной за независимость и в ходе которой английский десант сжёг Вашингтон. Америке потребовалось огромное напряжение сил, чтобы отразить нападение англичан, притом что войну Британии объявили именно США. Но в этой слабости был и свой плюс – в военном отношении США из себя ничего не представляли, а разногласия между европейцами и ограниченные возможности флота исключали возможность переброски в Латинскую Америку крупных военных сил. Последнее позже доказал провал мексиканской авантюры Наполеона III. В итоге сложилась ситуация определённого вакуума, которая дала США возможность усилиться без существенного сопротивления со стороны европейских стран: всерьёз Штаты тогда никто не воспринимал. Даже испано-американская война не заставила Европу насторожиться: ведущие европейские страны – Германия, Англия и Франция – самозабвенно готовились к схватке между собой. Поэтому американцы постепенно воплощали в жизнь доктрину Монро. Но доктрина Трампа о другом: США будет по-прежнему контролировать Европу, но никто не посмеет соваться на «задний двор» Соединённых Штатов – ни Китай, ни Европа. Теперь США уже не просят и не декларируют, а устанавливают пределы возможного для Европы. В отличие от событий 200-летней давности, теперь США являются ведущими, а Европа ведомой. Но для нас важнее другое: США не потерпят оппозиционности даже от союзников, а с противниками – Россией и Китаем – готовы при помощи этих союзников эффективно разобраться.