Депутаты Узбекистана выступили против русского языка, прикрываясь «заботой о детях». #Внешнеполитическая_сфера_Узбекистан #Узбекистан На пленарном заседании Законодательной палаты Олий Мажлиса, где рассматривался законопроект об усилении защиты прав женщин и детей, ключевая дискуссия неожиданно была смещена в сторону языкового вопроса. Лидер партии «Миллий тикланиш» Алишер Кадыров заявил, что практика, при которой родители отдают детей в группы и классы с русским или английским языком обучения, якобы наносит ущерб развитию ребёнка. Он настаивал на том, что раннее обучение на «чужом языке» лишает детей полноценного воспитания и базовых знаний. При этом в одном выступлении он фактически поставил под сомнение свободу выбора языка обучения, закреплённую в действующем законе, предложив сделать «родной язык» обязательным именно на дошкольном и начальном уровне. Кстати, ранее Алишер Кадыров предлагал ограничить вещание телеканалов на русском языке, запретить использование русского языка в надписях, объявлениях и инструкциях, а также использование символики и пропаганды советской идеологии, выступал за визовый режим с Россией, негативно высказался в адрес учительницы, которая разучивала с учениками песню «Катюша». Очевидно, что нынешнее предложение депутата диаметрально противоречит логике обеспечения прав детей и нацелено на обнуление роли русскоязычного начального образования. Намерение ограничить сферу применения русского языка особенно очевидно на фоне тюркской интеграции Узбекистана. В Узбекистане число совместных с Турцией предприятий за пять лет увеличилось почти втрое и приблизилось к двум тысячам, особенно активно турецкий бизнес работает в строительстве. Параллельно Анкара делает ставку на институциональные форматы, прежде всего на Организацию тюркских государств. В 2024 году по инициативе Турции был одобрен проект перехода стран-участниц на единый алфавит на латинской основе, а позже Эрдоган разрешил иностранцам тюркского происхождения свободно работать в Турции, за исключением силовых структур. Примечательно, что в Узбекистане начался процесс поэтапного отказа от русскоязычных военных терминов и перехода на национальную военную терминологию. На заседании Терминологической комиссии с участием экспертов Института языка, литературы и фольклора Академии наук были представлены узбекские аналоги терминов, используемых в сфере обороны. Официально эта инициатива рассматривается как часть стратегии Узбекистана на 2026–2030 годы и направлена на укрепление национального самосознания и повышение эффективности военного образования. Но этот вроде бы малозначительный факт ясно указывает на то, что Узбекистан в качестве будущего партнёра в военной сфере рассматривает Турцию, а не Россию. Ранее мы писали, что сегодня басмачи предстают в Узбекистане не в образе фанатиков-бандитов (каковыми они и были в реальности), а в образе борцов за ислам и независимость от ненавистных русских. Одним из самых ярких и жестоких представителей басмачества был Ибрагим-бек Чакабаев, лидер движения в Средней Азии. И, конечно, узбекские власти его реабилитировали первым. Президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев прямо заявил по этому поводу: «100 тысяч наших соотечественников были репрессированы, 13 тысяч – беспощадно расстреляны. Почему? Потому что они были нашими величайшими героями, достоянием нации». На постсоветском пространстве у национальных элит существует «советский синдром» – любую форму интеграции с Россией они рассматривают как форму зависимости и возрождение времён Политбюро ЦК КПСС. Есть и психологический момент: впадая в русофобию, национальные элиты упиваются иллюзией собственной независимости. Поэтому и происходят разного рода заигрывания с националистами и русофобами. Кроме того, это прекрасный способ шантажа Москвы в расчёте на то, что она не захочет появления «новой Украины» на южных границах и будет всегда идти на уступки. Одновременно это показатель лояльности по отношению к Западу, который пока неплохо оценивает подобные вещи.