Россия не Европа

Владимир Морозов, к.э.н., специально для канала "Что делать?" Можно ли обойтись воюющей стране без мобилизации всей её экономики? Как известно, в конце года были проведены два больших совещания по военно-экономическим вопросам: расширенное заседание коллегии Минобороны и совещание в Кремле с обсуждением Госпрограммы вооружения (ГПВ) на 2027−2036 годы. Оба с участием Президента РФ. На вышеназванных мероприятиях обсуждались и достижения нашего военпрома последних 4-х лет, и проблемы, которые предстоит решить в самое ближайшее время. В связи с этим хотелось бы выделить два фактора, принципиально влияющих на выбор государством подходов к решению, прямо скажем, экзистенциальных задач. Во-первых, и Министр обороны, и Президент однозначно отметили, что события последних лет показали, что речь идёт не только об успешном достижении целей СВО, но о долгосрочном противостоянии России и Запада, стран-членов НАТО. Был отмечен и факт призыва ряда глав европейских стран готовиться к большой войне с Россией не позднее 2030 года. Во-вторых, военно-политическим руководством страны было отмечено, что для решения поставленных задач в обязательном порядке необходимо добиться роста производительности труда и снизить себестоимость выпускаемой продукции оборонно-промышленного комплекса. Таким образом, выделяем два фактора, принципиально влияющих на выбор государством подходов к решению задач для достижения целей, определённых планами развития производства ОПК на 2026−2027 гг. и Госпрограммой вооружения (ГПВ) на 2027−2036 годы: очевидная длительность противостояния (не ограничивающаяся СВО) и необходимость повышения эффективности (результативности в натуральных показателях) экономики страны. В связи с этим очевидно, что точечная мобилизация экономики РФ последних 4-х лет, охватившая преимущественно оставшиеся после развала оборонной промышленности предприятия ОПК, для которых создали специальные условия через увеличение расходов из федерального бюджета, недостаточна. Ведь эти предприятия живут не в вакууме, а находятся (хоть и на особых условиях) внутри так называемого рынка. У каждого из них есть сотни контрагентов, живущих «как все». А в рамках текущих денежно-кредитной и налоговой политик финансовых властей РФ, гробящих реальных сектор, эти контрагенты не сегодня-завтра станут банкротами. Как минимум будут просто не в состоянии своевременно и качественно выполнять свои контрактные обязательства. Да и гражданские отрасли российской экономики вследствие проведения Минфином и ЦБ РФ либеральной монетарной политики уже прямо входят в режим стагнации. Не менее серьёзными являются и ресурсные ограничения в условиях рынка. В итоге дальнейшее динамичное развитие военпрома на такой шаткой базе видится весьма проблематичным. Очевидно, что для достижения Победы в долгосрочном противостоянии с коллективным Западом экономика РФ должна быть переведена на мобилизационные рельсы полностью. Весь финансовый ресурс необходимо сконцентрировать в реальном секторе. Рост производительности труда определяется в том числе и инвестициями в модернизацию промышленных предприятий, куда и должны пойти деньги от эмиссии ЦБ (в рамках новой ДКП) под обязательства Правительства. Надо уже отказаться от модели рыночной экономики (для России возможной лишь на правах глобальной Периферии) и перейти к преимущественно государственному стратегическому планированию. Только переход от таргетирования прибыли к главному целевому показателю в виде снижения себестоимости конечной продукции даст возможность в сжатые сроки достичь экономического суверенитета и серьёзного превосходства над Западом в выпуске продукции ОПК. Как в количестве, так и в технологическом плане. Напомним, что в СССР себестоимость всех видов боевой техники за годы ВОВ снизилась в 2−3 раза. Снижение оптовых цен на продукцию ОПК в воюющей стране возможно исключительно в экономической модели, где нет погони за прибылью. Наше историческое победное прошлое должно стать нашим победным будущим на новом технологическом уровне.