Ричард Аведон (1923–2004) был одним из самых влиятельных фотографов 20-го века, человеком, изменившим представление о моде, портрете и самой природе фотографии. Его работы стали символом нового взгляда на визуальное искусство, где эмоции, движение, «момент» и психологическая глубина стали важнее традиционных правил композиции. До Аведона модная фотография была более статичной и точно не “effortlessly striking”. Модели позировали как безжизненные манекены: строгие позы, и довольно небольшой диапазон эмоций. Аведон показал, что мода может быть живой и динамичной. Он начал снимать моделей в движении: бегущих по улицам, смеющихся под дождём, играющих с тканью, прыгающих с зонтиком или идущих по ветру. Фотография стала похожа на хорошее кино — динамичной, спонтанной, наполненной энергией. Аведон стал источником вдохновения для кинематографа. Фильм «Забавная мордашка» с Одри Хепбёрн был создан по мотивам его жизни и работы. Персонаж фотографа Дика Эвери основан на Аведоне, а вступительная заставка фильма была сделана с его настоящими фотографиями. Параллельно с модой Аведон создавал радикальные портреты. Его знаменитый белый фон (да, циклорама на которой щас в белье и черном пиджаке фоткаются сидя на стуле. Анон.) стал сценой, на которой человек полностью раскрепощен. Он говорил, что портрет — это не правда, а мнение фотографа. (Тотальная правда, на мой взгляд, ведь все равно мы видим человека через призму снимающего.)На белом фоне исчезал контекст, и оставалась только личность. Он снимал знаменитостей и обычных людей одинаково пристально. Мэрилин Монро у него выглядит не как икона, а как уставшая, задумчивая женщина. Энди Уорхол показывает шрамы на теле. Политики и актёры вдруг теряют привычный образ и становятся обычными людьми, пойманными в момент уязвимости. Серия «In the American West» стала одной из самых масштабных документальных работ 20-го века. (Можно купить книгу в интернете) Аведон несколько лет ездил по американскому Западу и снимал шахтёров, официанток, ковбоев и людей, оказавшихся на периферии общества. Он фотографировал их так же, как звёзд, и в этой равной оптике проявлялась суть его подхода: каждый человек достоин внимания, если фотограф умеет слушать глазами. Технически Аведон был предельно точным. Он работал с камерами большого формата, часто 8×10, что давало потрясающую детализацию. Свет у него был ровным и резким, без украшательства. Белый фон не был эстетическим приемом — он становился способом вынести человека в центр смысла. Он умел ловить кратчайшие моменты, когда маска падает и эмоция проступает на лице. Отношение Аведона к людям было сложным. Он мог использовать долгие паузы, чтобы человек почувствовал себя неуверенно и раскрылся. Его работу можно сравнить с работой режиссера в каком то смысле. Он задавал вопросы, которые нарушали личные границы. Это было частью его методапоиска правды». Интересных фактов о нём немало. В юности он работал фотографом в торговом флоте США, и именно там начал снимать людей во время дальних рейсов. Его отец владел магазином одежды, и Аведон рассказывал, что наблюдение за покупателями научило его понимать позы, жесты и человеческую неуверенность. Он вел альбом, в который вклеивал свои детские снимки — и подписывал их стихами. Модель Довима, снятая Аведоном с цирковыми слонами, стала героиней одного из самых дорогих снимков в истории модной фотографии. (про этот снимок я мельком писала в прошлом лонгриде) Он был также жутко суеверным: никогда не начинал съёмку, пока не сложит все кассеты для камеры в определённом порядке. Короче говоря, тотальная легенда, посему и решила сегодня повествовать вам о нем. Запрещенная соцсеть Юли — Juliepavlovaa Канал: @commeunmagazine #ГостевойРедактор