К Амвросию Оптинскому пришла крестьянка: гибнут индюшки, хозяйка собирается её уволить. Женщина сама недоедала, берегла птиц пуще глаз, а спасти не могла. Вокруг засмеялись. К старцу идут с болезнями, духовными вопросами, а она — с индюшками. Но Амвросий стал расспрашивать, как их кормят и содержат, дал советы, благословил. А смеявшимся объяснил: в этих птицах вся её жизнь. От работы зависит пропитание. Перед ним не нужно было доказывать величие своей беды. В ту же келью пришёл Достоевский после смерти трёхлетнего сына Алёши. Старец обещал молиться о мальчике, о скорбящей матери, о здоровье родителей и оставшихся детей. По воспоминаниям Анны Григорьевны, муж вернулся заметно успокоившимся и привёз утешение ей. Знаменитый писатель и простая крестьянка были людьми, которым нужна помощь. А сам Амвросий годами тяжело болел. Порой принимал посетителей лёжа. Утренние молитвы начинали читать ему около четырёх часов, вечерние могли заканчиваться около полуночи. Между ними — письма, встречи, просьбы. Он не был ни епископом, ни настоятелем монастыря. Люди шли сюда не к должности и не к внешней силе. Шли к человеку, который сам знал немощь и всё же находил силы вникать в чужое горе. Московскую учительницу с сыном он однажды задержал перед отъездом. Муж уже распорядился прислать лошадей на станцию, мальчику хотелось домой. Но старец просил остаться ещё на день. Они послушались. А в дороге узнали о крушении поезда, которым собирались ехать накануне. То, что казалось досадной задержкой, стало для них спасением. Как всё это происходило, подробно рассказал на канале, который работает благодаря вашим пожертвованиям. Благодарю вас за поддержку — без неё наша работа давно бы остановилась. Подписывайтесь и поддерживайте, пожалуйста. Имена всех жертвователей передаю в женский Богоявленский Аланский монастырь. К Амвросию пришла вдова с пятью маленькими детьми. Есть нечего. Младший не просил — только смотрел в глаза и поднимал руки. Старец поспешил достать деньги. Очевидцы запомнили дрожащие руки и слёзы. Он помогал и тем, кто не мог приехать. Отправлял деньги к Рождеству и Пасхе. К концу жизни число таких отправлений доходило до двухсот. В Шамордине находили место женщины, которым некуда было идти: бедные, больные, престарелые. Там были больница и приют для сирот. Сотни сестёр, постоянные расходы, долги — и забота, которая не прекращалась. Даже обида не становилась причиной отказать. Крестьяне потребовали со старца большую плату за проезд. Он заплатил. Позднее деревня пострадала от пожара, и Амвросий помогал погорельцам продовольствием. Чужая беда не перестала быть бедой из-за прежней несправедливости. Поэтому его совет о любви подтверждался жизнью: если любви пока не хватает, но хочется её приобрести, начинай с дел любви. Не жди совершенного чувства. Выслушай. Помоги. Сделай необходимое. Проси Бога научить сердце тому, чего оно пока не умеет. А если привык разбирать чужие недостатки — обрати внимание на себя. В каждом человеке есть хорошее, которое легко не заметить, увлёкшись осуждением. Неисполненное обещание старец сравнивал с хорошим деревом без плода. Намерение может быть прекрасным, а человек всё ещё ждёт помощи. Любовь становится видимой в поступке. Иногда это большая обитель. Иногда — деньги голодной семье. А иногда — терпеливый разговор об индюшках, над которыми все смеются. Преподобный отче Амвросие, моли Бога о нас.