Сегодня в усадьбе бушует мистраль. С утра замутилась небесная даль, Летят черепицы с грохочущих крыш, В истерике бьется безумный камыш, У псов задираются к небу хвосты, Из книги, шипя, вылетают листы, Верандная кровля, как дьявол шальной, Шуршащее чрево вздымает копной, И кот мой любимый, мой вежливый кот В отчаянье лапою землю дерет... (С) В 2011 году между Россией и Францией было подписано межправительственное соглашение о строительстве в интересах России двух десантно-вертолетных кораблей-доков (ДВКД) типа "Мистраль". Помните? Зачем флоту эти гигантские корабли, приспособленные для мореходства лишь в южных широтах, никто объяснить не мог. Тем не менее, решение было принято, и корабелы двух стран приступили к изготовлению двух гигантских кораблей. Однако французы оказались хозяевами своего слова — "слово дал - слово забрал". В 2014 году, после возвращения Крыма в состав России под давлением англичан Париж решил отказаться от этой сделки. В поисках выхода из кризиса в двусторонних отношениях президент Олланд стремился договориться с нами полюбовно, не доводя дело до арбитражного или судебного разбирательства. В свою очередь В.В.Путин поручил мне заняться урегулированием проблемы выполнения контракта на поставку России вертолетоносцев. С французской стороны президент Олланд назначил в качестве моего визави и переговорщика Генерального секретаря по обороне и национальной безопасности Франции мсьё Луи Готье. Мы с французами сформировали рабочие группы для определения объема возмещения понесенных российской стороной расходов, связанных со строительством ДВКД, определения условий отказа от любой формы судебных разбирательств, а также для выработки единого подхода по отношению к праву собственности на оба ДВКД и их распоряжением в дальнейшем. В результате серии интенсивных переговоров в феврале-августе 2015 г., которые проходили в Москве и Сочи (я уже тогда был "невъездной" в Европу, находясь под всевозможными санкциями) в рекордные для нашей и французской бюрократии сроки были согласованы тексты межправительственного соглашения и обменных писем, в соответствии с которыми французы вернули нам единовременным платежом все средства, выплаченные по контракту (в эквиваленте более 1 млрд долларов), включая понесенные нами косвенные расходы. Как сказал бы Трамп, "это была отличная сделка". В итоге, с учетом наличия политической воли обеих сторон и высокого профессионализма переговорщиков (ну как не похвалить себя любимого), проблема была разрешена в короткий срок на более чем благоприятных для нас условиях (в рамках форс-мажорной оговорки по контракту нам причитался возврат не более 20% от его общей стоимости). Построенные и как сейчас очевидно — совершенно не нужные нашей стране французские ДВКД были обращены в собственность Франции, при этом их экспорт был ограничен определенными нами условиями. Вертолеты корабельного базирования КА-52К, разработанные специально для ДВКД, были впоследствии реализованы третьей стране, которая и купила эти "Мистрали". Полученная от французов конструкторская и иная документация на ДВКД, разумеется, уничтожена в установленном порядке. Сделка по ДКВД до последнего момента держалась в секрете, в том числе в связи с активными попытками взыскания с России в то время средств по делу ЮКОСа. В последний момент произошел забавный эпизод. Излишне придирчивые чиновники французского посольства потребовали заверить мою подпись на подписанных в Доме Правительства обменных письмах "синей" печатью. Команда французских переговорщиков, находящаяся с нами в тот момент в Доме Правительства России, лишь в недоумении пожимала плечами. Это был бюрократический каприз посольских, их желание "внести свою лепту", пусть даже идиотскую. Понимая, что гербовую печать быстро добыть не получится (да и зачем?), мой помощник заверил мою подпись треугольным штампом "Для разовых пропусков". Французы удовлетворились, и сделка состоялась.