Это может быть вам интересно. Заступая летом 2018 года на должность руководителя нашей космической отрасли, я сформировал 10 принципов, которыми должны были руководствоваться в Роскосмосе все — "от мала до велика", то есть и молодые инженеры, которым я мечтал создать достойные рабочие места, и руководители высших звеньев управления отрасли. Эти принципы универсальны, я всегда их придерживался, и следование им привело нас к долгожданной безаварийности — объективному, бесспорному показателю радикального повышения качества работы всех предприятий отрасли. И как бы не хотели мои хулители бросить в меня камни, безаварийность, достигнутая при моем руководстве Роскосмосом, является сухим и коротким им ответом. Принципы, сформулированные мной с трибуны научно-практической конференции летом 2018 года, кто-то в шутку или всерьёз назвал "Десятью заповедями". Считаю их абсолютно оправдавшими себя и по сути универсальными, применимыми во всех областях нашей промышленности. К моменту, когда В.В.Путин сделал мне предложение возглавить ракетно-космическую отрасль, Роскосмос находился в состоянии хронической управленческой усталости: отрасль жила по инерции, с нарастающим грузом незавершённых проектов, с колоссальными долгами, с размытыми зонами ответственности и с опасной привычкой объяснять проблемы «объективными обстоятельствами» и (я не шучу) " нечистой силой". Нужно было немедленно приступить не к косметическому ремонту, а к космическим по своим масштабам реформам и смене логики развития отрасли. Первый универсальный принцип — это личная ответственность за решение ключевых задач. В любой системе есть ядро, от которого зависит её устойчивость. Это может быть безопасность, критическая инфраструктура, базовый продукт или стратегическая функция. Именно здесь недопустимы компромиссы, размытые формулировки и перенос персональной ответственности. Если критические задачи выполняются «в целом нормально», система уже начала разрушаться. Второй принцип — единый центр ответственности. Когда заказчик, исполнитель и контролёр существуют в разных логиках и перекладывают вину друг на друга, результат всегда один — рост сроков, стоимости и взаимной ненависти. Успешные системы строятся так, что управляющий субъект не наблюдает со стороны, а разделяет риски и отвечает за итог вместе с исполнителем. Третий принцип — единая техническая и управленческая политика. Плюрализм хорош в идеях, но губителен в реализации. Если разные подразделения решают одну и ту же задачу разными способами без общей архитектуры, ресурсы сжигаются, а результат не складывается. Четвёртый принцип — личная вовлечённость руководства в достижение результата коллектива. Управление по отчётам и всевозможным "ки-пи-ай" создаёт иллюзию контроля, но реальный контроль возникает тогда, когда руководитель несёт персональную ответственность за конкретные элементы системы и не может спрятаться за звонкими формулировками (в Роскосмосе самые отъявленные бездельники легко отчитывались по свои "ки-пи-ай"). Если успех подчинённых не влияет на карьеру начальника, система начинает имитировать деятельность. Если падает зарплата в коллективе, то первой должна падать зарплата начальника. Пятый принцип — обратная связь снизу-вверх. Ни одна организация не развивается, если инициативу воспринимают как угрозу. Люди, которые реально работают с процессами, видят проблемы раньше аналитиков и консультантов. Но обратная связь имеет смысл только тогда, когда за предложениями следует поощрение, а не наказание. Кстати, я поощрял даже тогда, когда работник своевременно признавался в том, что допустил ошибку, которая могла стоить нам аварии. Шестой принцип — умение закрывать тупики. Самый болезненный, но самый важный навык. Любая система накапливает проекты, направления и практики, которые когда-то имели смысл, но перестали работать. Продолжать их поддерживать — значит жертвовать будущим ради сохранения иллюзии прошлого. Закрытие тупиков — это не поражение, а освобождение ресурсов. И это увольнение демагогов и бездельников, паразитирующих на тупиках и долгостроях. Подпишитесь на меня в МАХ