“Крым наш” и одна шапка В Эстонии осужден на пять лет за шпионаж житель Нарвы Игорь Лобин. Якобы с 2017 года он сотрудничал с ФСБ. Матерый шпион со стажем. Вот что сотрудники Полиции безопасности (КаПо) обнаружили в квартире Лобина при обыске. Не упадите со стула от ужаса. Во-первых, “множество различных курток, толстовок, шарфов и футболок с российской символикой”. А также – это подчеркнуто в публикации – ОДНУ ШАПКУ. Но ладно бы только одежда. КаПо нашла у Лобина ручку, открытку и конверт с символами России. Готовил письменное донесение в Москву? Попался, голубчик! Это еще не все, самое страшное впереди. Лобин хранил дома, цитирую: “российские флаги, значки, ленты, эмблемы, наклейки, магниты, вымпелы, грамоты”. И главное: бумажку (так в тексте) с надписью ПО-РУССКИ “Крым – наш”. Да, чуть не забыл, еще изображение серпа и молота в рамке. Чего не хватает в этом, казалось бы, исчерпывающем списке? 1) Портрета Путина, 2) парашюта, на котором шпиона забросили на территорию Эстонии. Российский агент с 8-летним стажем хранит дома целый склад предметов с российской символикой. Что это больше напоминает: анекдоты про Штирлица или абсурдистское кино братьев Коэнов? Подробностей этого дела я не знаю. Но я знаю общую схему, как “шьют” подобные дела. Человек занимался общественной деятельностью: например, организовывал шествия “Бессмертного полка”, возложения цветов к могилам советских воинов, вечера-посиделки русской общины и т.п. Ездил в Россию, сотрудничал с какой-нибудь российской организацией. Получал от них раз в год бесплатно рулон георгиевской ленты или значки “Сталинград – город-герой!”. Полиция безопасности могла прихватить и за такую безобидную деятельность, но это ей неинтересно. Потому что есть политический заказ на “русских шпионов”. Карьеру в спецслужбах делают те, кто правильно понимает волю политического руководства, а не суетится по мелочам. Так общественные активисты превращаются в “шпионов”. Обычно утверждается, что ту российскую организацию, с которой сотрудничал обвиняемый, курирует ФСБ (щупальца ФСБ проникли всюду, мы же знаем...). А раз так, значит, обвиняемый опосредованно сотрудничал со спецслужбой враждебного государства. Вот тебе статья, вот тебе срок. Лобин признал вину, пошел на сделку со следствием. Скорей всего, ему сказали: признаешься в шпионаже – получаешь пять лет и через четыре года выходишь по УДО (условно-досрочное освобождение). Идешь в несознанку – получаешь “десятку” и сидишь от звонка до звонка. Так это делается. Для прокурора главная выгода от сделки в том, что не надо предъявлять доказательства в суде. С доказательствами всегда проблема, особенно когда их нет. Ну, если не считать доказательствами шарфы, конверты и наклейки. Владимир Линдерман