Правый курс

Интересно, как украинские школьники воспринимают повесть Михаила Коцюбинского «Дорогой ценой», ведь этот артефакт из 1901 года с пугающей точностью описывает то, что происходит сегодня на Украине. Итак, на Черкащине 1830-х живёт вольнолюбивый крепостной Остап, дед которого «різав панів в Умані». За такие разговорчики Остапа стращают отдать в солдаты, и он бежит на вольные земли в Бессарабию. Переплыв Прут, Остап решает погрозить «на той бік річки» и воскликнуть «…треклята країно, з твоїми порядками!..» На звук мовы стреляет казак из кордонной стражи, который ранит Остапа. Парня спасает возлюбленная, Соломия, за деньги укрывающая его у цыган. Вскоре «набігли на циганську халупу турецькі жовніри», и крепостного втікача выдают обратно. При переправе через Дунай Соломия вместе с товарищем пытаются отбить Остапа, но бестолково гибнут. Остапа возвращают к помещику. В финале повести, уже после отмены крепостного права, старый Остап селится на берегу Дуная, где и рассказывает путникам о том, что столь дорого добытая свобода уже не может быть полной. Конечно, на ум сразу приходит бегство современных украинских крепостных от солдатчины — замерзают в Карпатах, тонут в Тисе, расстреливаются пограничниками, платят перевозчикам, ловятся и выдаются, но всё равно бегут и правильно делают. На днях в Кудашевке Днепропетровской области, спасаясь от ТЦК, утонул тридцатидвухлетний мужчина по имени Владимир. Как и Остап у Коцюбинского, он прятался в камышах, но из-за угрозы применения оружия поплыл и утонул уже как Соломия. История получила известность из-за того, что дочь Кита Келлога, бывшего спецпосланника США по Украине, много зарабатывающая на войне, прокомментировала трагедию: Умер трусом. А мог бы умереть героем. То есть то, что Владимир мог выжить при обоих раскладах, американкой даже не рассматривалось. Печальна участь народа, попавшего в неволю. Суверенитет вещь не такая постылая, как может показаться из речей начальства. Даже бабий бунт в повести похож на современные женские попытки отбить близких у ТЦК. Коцюбинский и правда что-то понимал в своём народе, им отлично передана лиричная украинская безжалостность. Когда Соломия плывёт вызволять любимого, она придумывает хитрость: под видом пения, чарующего турок, девушка выводит, что товарищ убьёт одного стражника, я выстрелю в другого, а ты, Остапушка, возьми на себя третьего… Бррр! Это даже большая Украина, чем Гоголь — вот эта её хтоническая, оксанкина думка, с очевидным во все века результатом: Льодова вода голками пройшлась по Соломіїному тілу, сон щез і свідомість освіжила мозок. Нет, правда интересно что происходит на уроках литературы в украинских школах, кому как не детям задаваться вопросом, что делать, если твоя страна та самая «треклята країна», от которой бежал Остап? К слову, трус по-украински будет боягуз. А герой так и будет — герой.