Красно-белый Крым

@red_and_white_crimea · news · Russian · active

Subscribers 1K Subscribers, last 30 days: 1K → 1K +0 24h · −10 7d
Reach per post (ERR) 25.0%252 avg views
Posting 4.7/week last 1 day ago
Reactions per 1K views 38.9 👍 🔥 ❤
repost from Сияние луны

От мучеников революции до жертв интервенции Одним из самых странных и интересных явлений советской мемориальной культуры, как известно, является пониженный интерес к мемориализации и почитанию жертв белого террора. На мой взгляд, чтобы ответить, почему в СССР так мало изучали белый террор, необходимо посмотреть, а как вообще в советский исторический нарратив были вписаны жертвы нового смутного времени? Если мы посмотрим на раннесоветский исторический нарратив, то он в принципе мало чем отличается от революционных нарративов других стран. Как и во Франции или Ирландии, все жертвы насилия со стороны политических оппонентов революционного правительства почитались как мученики. Мученический нарратив был заимствован у Христианской Церкви, которая уже много веков почитала мучеников как борцов за веру, несправедливо пострадавших за свои убеждения во времена гонений. Абсолютно также в советской агиографии тех лет мученики революции рассматриваются как убеждённые революционеры, которые не просто были пассивными жертвами насилия «белогвардейцев», но активными участниками профсоюзной, журналистской и иной оппозиционной «белым» правительствам деятельности. Однако со временем советское государство начинает в целом отказываться от революционного исторического нарратива в пользу державного исторического нарратива. В это же время пересматривается роль жертв белого террора. Если раньше они были мучениками, то теперь они становятся, в первую очередь, жертвами иностранной интервенции. То есть они уже не активные борцы за революцию, которые своей деятельностью сопротивлялись внутреннему врагу, а пассивные жертвы вражеской иностранной агрессии, которой лишь способствовали коллаборационисты в виде «белого» движения. Соответственно, именно в этот период активное увековечивание памяти всех жертв белого террора и составление мартирологов заменяется на жёсткую селекцию агиографических произведений и почитание, в первую очередь, жертв агрессивных действий иностранных государств. Конечно, уже после смерти Сталина ситуация начинает меняться и, в целом, к 1960-м заметен рост общественного интереса к истории революционного движения и увековечиванию памяти жертв белого террора (собственно говоря, именно в это время и устанавливается большое количество памятников жертвам белого террора). Но вскоре, уже при Брежневе, эта мемориальная линия вновь прерывается, когда изучение революционного движения в целом подменяется изучением истории КПСС. То есть большую часть советской истории жёсткие рамки официальных исторических нарративов просто не позволяли возникнуть какому-либо системному и научному изучению белого террора в годы Гражданской войны в России. Таким образом, парадокс слабого изучения в советское время истории белого террора вполне себе объясняется рассмотрением того мемориального контекста, в котором находилась советская историография, а не мнимым отсутствием самих фактов белого террора, как это утверждают некоторые апологеты антибольшевистского движения.

Views over time

010020030031 Aug 04:4912 Nov 09:5730031 Aug 04:49: 0 views12 Nov 09:57: 300 views
Snapshots we took after posting.
WhenViews
31 Aug 2026, 04:490
12 Nov 2026, 09:57300

Who shared this post

Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)

Nobody yet.