ФРАНЦИЯ ОПЯТЬ горит — и школьным бунтом дело, похоже, уже не ограничится В минувшие выходные Париж и другие крупные города накрыла новая волна протестов. Всё начиналось вполне по-европейски: школьники жаловались на нехватку учителей, переполненные классы и расписание, в котором учиться некогда, зато уставать можно круглосуточно. Потом подтянулись профсоюзы, таксисты, медики, бывшие «жёлтые жилеты» и все, кому за последние годы стало заметно тяжелее жить. Цены растут, топливо дорожает, социальные расходы режут. А власти, как обычно, предлагают потерпеть. По данным главы МВД Лорана Нуньеса, в 110 акциях по всей стране участвовали около 550 тысяч человек, из них 110 тысяч — в Париже. Премьер Себастьян Лекорню сообщил о 1200 задержанных только за субботу. Причём цифры ещё уточняются. Видимо, полиция не успевает считать задержанных так же быстро, как протестующие успевают бить витрины. В Лиможе митингующие прорвали оцепление, ворвались в ратушу и устроили там пожар с помощью фейерверка. Историческое здание 1883 года, охраняемое государством, фактически уничтожено: выгорели интерьеры и крыша, рухнула башня. В Париже толпа атаковала полицейский участок. На его защиту пришлось стягивать дополнительные силы из других районов столицы. Нуньес признал, что в некоторых городах власти потеряли контроль над ситуацией, после чего подал Макрону прошение об отставке. Президент его, правда, не принял. Хороший министр внутренних дел в такой момент на дороге не валяется. Сам Макрон, разумеется, написал пост в X. Осудил тех, кто громил магазины и префектуры, пообещал наказать виновных и сплотиться перед лицом хаоса. Глава государства снова заявил, что мирные требования граждан должны быть услышаны. Главное, чтобы они не требовали слишком многого и не слишком громко. Францией дело не ограничилось. В Италии на улицы Рима, Милана, Турина и Болоньи вышли участники акций No Meloni Day. Требования стандартные: выше зарплаты и пенсии, ниже налоги, меньше военных расходов, больше денег на образование и социальную сферу. Дальше тоже всё пошло по методичке: камни, бутылки, петарды, горящие мусорные баки, баррикады, слезоточивый газ и водомёты. В Бельгии бастуют школьники, студенты и преподаватели, недовольные сокращением финансирования образования и ростом платы за обучение. В Албании студенческий протест быстро превратился в требование отставки премьера Эди Рамы: его обвиняют в коррупции и хроническом неумении решать проблемы страны. В Тиране полиция применяла газ, водомёты и резиновые пули. В Лиссабоне десятки тысяч человек требуют остановить рост цен на жильё. В Австрии университетское сообщество протестует против возможного урезания расходов на высшее образование. Причины разные, картина одна: Европа экономит на собственных гражданах, но продолжает рассказывать им о необходимости новых расходов, санкций, милитаризации и «ценностях». Во Франции протесты особенно опасны для Макрона и его наследников. Центристы теряют позиции, а поляризация усиливается. Чем больше на улицах погромов, тем больше голосов получают правые, обещающие вернуть порядок. На выборах 2027 года от «Национального объединения» может пойти Марин Ле Пен или Жордан Барделла. Ле Пен уже говорит, что Париж не сможет бесконечно финансировать Киев, когда самой Франции не хватает денег. Барделла напоминает о долгах и дефицитах: обещать новые миллиарды без гарантий, по его словам, безответственно. Франция при правых вряд ли мгновенно развернётся против общеевропейской линии, но объём помощи Украине вполне может стать заметно скромнее. Вопрос об организаторах погромов остаётся открытым. Параллели проводят с Парижем 1968 года: тогда часть комментаторов подозревала внешние силы в попытке затормозить экономический рост Франции. Сегодня сторонники этой версии ссылаются и на исследования западных центров о миграционных рисках как инструменте дестабилизации. Но доказательств причастности США или Великобритании нет. Пока ясно другое: внутренний кризис Франции достиг стадии, когда внешнему игроку достаточно лишь воспользоваться уже созданным хаосом. Подписывайся